Новый Арал: какая участь уготована озеру Балхаш

Дельта Или никогда не «стоит на месте»: очертания и глубина русла, уровень воды и распределение стока по рукавам постоянно меняется.

Фото: Андрей Каменев

Журнал №161, февраль 2017

Капчагай, Баканас, Коскумбез. Полынно-пыльная поросшая ковылем степь поздно доцветает мелкими маками, фиолетовыми штырями шалфея, розовым тамариксом.

Конечная наша цель – озеро Балхаш, к нему мы будем добираться через пески, а потом по реке Или – по-местному, Иле. Котловина Балхаша протянулась на 600 километров с запада на восток среди бедных песчано-пустынных равнин, такыров и солончаков. Бессточное озеро разделено на две части полуостровом Сарыесик, сформировавшим узкий пролив Узынарал. В западной, относительно мелководной части озера вода пресная, а в восточной, более глубокой – солоноватая.

Или-Балхашский бассейн – одна из самых обширных озерных экосистем планеты, с неоднородностью рельефа и разнообразием природных условий. К северу и северо-западу от озера раскинулся Казахский мелкосопочник, примыкающий к пустыне Бетпак-Дала – Северной Голодной степи. К югу лежат пески Сарыесик-Атырау и Таукум. На юге и юго-востоке – Казахстано-Джунгарская горная область, хребты Заилийского и Джунгарского Алатау, Чу-Илийские горы – сильно разрушенные, с плоскими вершинами.

Здесь проезжали экспедиции Шренка, Семенова Тянь-Шанского, Пржевальского. В 1903 году Балхаш посетил будущий глава Географического общества СССР Лев Семенович Берг.

«Посреди Илийской низменности я почувствовал себя совершенно в иной, своеобразной климатической растительной зоне, – писал Петр Петрович Семенов Тянь-Шанский. – Флора и фауна имели совсем незнакомый мне характер. Появилось передо мной множество низких и высоких кустарников и трав».

Чингиль, джузгун, пустынная акация. У самой земли раскинул гигантские листья туркестанский ревень, топорщится биюргун, желтой свечой поднимается из песка корневой паразит цистанхе. Парит над степью черный коршун. Мелькает синим крылом сизоворонка, пролетая над корчами саксаула. И вдруг над сухим жаром встает запах влаги и соли – впереди вода.

Рубка саксаула в Казахстане запрещена: разветвленные корни растения сдерживают наступление песков. Но местные жители используют его как топливо.

Фото: Андрей Каменев

Ахан Мырзахметов, старший научный сотрудник Лаборатории водных ресурсов Института географии Казахстана, ждет нас в ночи у топкого берега Или в битой временем казанке. Каждое лето гидрологи проводят тут плановые исследования. Ахан дергает стартер, и лодка, задрав нос, с ревом летит по черной реке, густо поросшей тростником.

Или берет начало в Центральном Тянь-Шане от слияния рек Текес и Кунгес. Многочисленные речки и ручьи, стекающие со склонов Джунгарского Алатау, расходятся и теряются в песках, лишь самые значительные доносят воды до Балхаша. С южной стороны в озеро впадают Каратал, Аксу, Лепсы – и Или, обеспечивающая до 80 процентов притока.

Заканчивается Или обширной дельтой (8 тысяч квадратных километров) в форме тре-угольника, вершина которого находится ниже поселка Баканас. Всего вокруг дельты два десятка населенных пунктов, не больше чем на 100–200 семей, антропогенная нагрузка небольшая. Река разделяется на рукава – Топар, Жидели и ряд озерных систем – Топарскую, Илийскую и другие. Их обводненность, как и жизнь самого Балхаша, полностью зависит от Или.

В 1970-м в ее среднем течении, в узком месте русла, между высокими скалистыми берегами было построено Капчагайское водохранилище. Предполагалось, что водохранилище и ГЭС помогут ввести в сельхозоборот 400 тысяч гектаров земель. Наполнение водохранилища лишь наполовину немедленно отразилось на состоянии всего бассейна. Площадь поверхности Балхаша сократилась более чем на четыре тысячи квадратных километров, повысилась соленость в пресной части. Началось опустынивание дельты.

Озерные системы исчезали. Переувлажненные участки сменились суходольными. Озерца превращались в солончаки, соляную пыль с пес-ком ветер разносил на километры. Обсыхание плавней вело к исчезновению животных и птиц. Тростники сменялись солевыносливыми многолетними растениями. Балхаш едва не постигла судьба Арала.

Некогда Балхаш уже пересыхал, но без участия человека. Естественные вековые колебания уровня озера за тысячу лет составляли 12–14 метров, кратковременные – 2–4.

«Несколько охотников сообщили интересные сведения. По их словам, Балхаш в течение последних 9 лет усох аршина на 2. Это они заметили по отступлению воды в камышах, которые в прежнее время были покрыты водой, а теперь совершенно сухи. Вода на юго-восточном берегу озера, со времени съемки в 1852 году, отступила на 3–4 версты, т. е. не менее как на версту каждые десять лет», – писал в 1885 году биолог Александр Михайлович Никольский.

Последний же минимум Балхаша приходился на V–X века. Тогда озеро распалось на западный и восточный плесы. Поверхность Балхаша оказалась ниже отметки 336 метров от уровня моря. В начале 1980-х Институт озероведения подсчитал: чтобы Балхаш не пересох, его уровень должен находиться выше отметки 341–342 метра. С 1984-го по 1989 год этот показатель был ниже. Наполнение водохранилища приостановили, был восстановлен близкий к естественному режим стока Или, с поступлением к вершине дельты не менее 10,8 кубического километра в год. Это помогло поднять воду в озере, но опустынивание и сокращение биоразнообразия продолжилось.

Полевой стационар института географии на полуострове Архар. Раньше гидрологи жили в вагончике, недавно им отстроили добротный дом с общей столовой. Бауыржан Жумабеков, ведущий инженер стационара «Архар» – хозяин дома, его жена Бота готовит во дворе на всю ораву научных сотрудников. Под их присмотром Ахан Мырзахметов и смешливые Гулсайра и Ляззат, инженеры Лаборатории водных ресурсов, изучают потери стока в дельте Или.

- С Капчагая приходит «сильная вода», – поясняет Ахан. – Она осветленная – как бывает осветленный сок. Ил, взвеси оседают в водохранилище, как в фильтре. А этот биологический сток питал плодородные почвы. Очищенная вода движется с другой скоростью, размывается русло, волны сбросов поднимают донные наносы. Вода тащит мусор и муть к дельте, засоряя ее протоки. Площадь дельты сокращается. Ушла почти половина Топарской системы.

Дельта Или работает как естественный контррегулятор: в полноводные годы накапливает воду, как губка, а в засушливые отдает часть запасов озеру. Сейчас, по словам Ахана, естественный режим половодий нарушен: весной влаги стало меньше, а зимой – больше. Ежегодно в дельте теряется около трех кубокилометров воды.

Специалисты предлагали как крайнюю меру спасения Балхаша его разделение: поставить в Узынарал плотину, отгородив более важную, пресноводную часть озера. Восточный Балхаш при этом высох бы – превратился в соленую грязь. На совещаниях назывался даже срок возведения плотины – 1988 год. Но не одна Капчагайская ГЭС влияла на состояние озера, и все последствия рассчитать было невозможно.

- Это цепочка, – рисует Ахан на песке. – Наполнение водохранилища зависит от Китая, наполнение Или – от водохранилища, уровень Балхаша – от Или…

Река берет начало в Китае, в Синьцзян-Уйгурском автономном районе. С 2000-х КНР начала программу по освоению западных территорий, и водозабор из верховий Или и Иртыша увеличился в несколько раз. Только по бассейну Или были построены 13 водохранилищ, 59 гидроэнергетических установок, несколько лет назад началось прокладка канала для переброски илийской воды до западной части опустыненной Таримской впадины. (Впрочем, сейчас, когда под пустыней обнаружили запасы воды, ситуация может измениться. Но даже увеличение забора воды из Или на китайской территории всего на 10–15 процентов может оказаться критическим).

На международном форуме «Балхаш-2000» уже обсуждали обезвоживание Или-Балхашского бассейна. Тогда же была принята красивая концепция необходимых мер. Один из пунктов – достичь соглашения с Китаем по трансграничным рекам, использовать водосберегающие технологии. В 2001 году Китай подписал с Казахстаном соглашение об использовании трансграничных рек, в рамках которого и регулируются до сих пор их водные взаимоотношения.

- Еще хотели поставить ниже Капчагайского водохранилища по течению Кербулакскую ГЭС – контррегулятор, чтобы сбалансировать неравномерные сбросы Капчагая. Проект готов, можно строить – денег нет.

Ахан тушит сигарету в песок. По песку отовсюду ползут к стационару на свет из тьмы медведки, похожие на бронированные земляные буры, большеголовые сверчки, днем скрывающиеся в трещинах под камнями, богомолы, муравьиные львы. Сотни мелких и крупных ночных бабочек создают вокруг фонаря крылатую метель. Кормовая база на Или богатая.

Жуками и кобылками питаются ежи, хомячки, землеройки, птицы. С обилием насекомых связано существование сумеречных куликов – авдоток, ночных ящериц – гекконов. Ночной хищник ушастый еж, пыхтящий, как манная каша, весь вытягивается на неожиданно длинных ногах и резво убегает. Тушканчики похожи на стремительных маленьких эльфов. Мелькнет в свете фар на секунду – исчез.

Обилие медведок и сверчков по берегам привлекает барсуков. В заросли тростника приходят лакомиться саранчой кабаны. В прибрежных тугаях, приозерных камышах находят приют лисы и волки.

Тростник образует протяженные гус-тые заросли вдоль Или, по берегам проток – «джунгли Прибалхашья». В камышовых крепях живут бакланы и цапли, пролетающие мимо с регулярностью самолетов близ Шереметьево. Гнездятся среди хрупких стеблей черные вороны, разные виды гусей и уток, поганки, кулики-ходулочники. Шумно разбегается по воде, прежде чем взлететь, пеликан.