Воспитательное общество: Начало женского образования в России

Воспитательное общество, основанное императрицей Екатериной II чуть больше двух с половиной столетий тому назад, было началом правительственного попечения о женском образовании. Сравнительно с мужским, оно опоздало почти на столетие: первый опыт регулярной школы, выходящей за рамки элементарного обучения, относится еще к допетровскому периоду, к началу 1680-х годов. Если же брать царствование Екатерины, картина выходит совершенно обратной: царствование только началось, императрица спешит. С введением элементарной народной школы спешить она не будет: колебания продлятся долгих 20 лет, и лишь ошеломительный успех австрийских реформ заставит приняться за долго обдумываемое, но плохо обдуманное дело. Первый этап связан с личностью И.И. Бецкого, видного педагога, подробно о котором мы говорить не будем: он никак не обделен исследовательским вниманием.

Когда-то Михаил Флегонтович Владимирский-Буданов, замечательный исследователь русских правовых древностей, в том числе в области образования, обронил такую мысль: русское образовательное законодательство - часть законодательства о государственной службе. Это обстоятельство многое объясняет: поскольку женщины не служили - правительство и запоздало с открытием школ для них (и лишь индивидуальная екатерининская мысль противоречит этой тенденции), и в этой области больше, чем в других, делало ставку на частные пожертвования и средства частных лиц (что опять-таки справедливо для всех правлений и эпох, кроме екатерининской).

Думали же над этим и раньше. Во время своего второго путешествия по Европе Петр I посетил Сен-Сир, основанный госпожой де Ментенон, фавориткой Людовика XIV, на основании принципов Фенелона. Впрочем, встреча с престарелой и больной основательницей училища, не покидавшей постели, не отличалась теплотой, и последствий визит не имел. Женское образование развивалось неторопливо в течение двух царствований: при Александре открывались новые училища, при Николае они были сведены в единую структуру, и лишь при Александре II женское образование, утратив свой закрытый и сословный характер, станет явлением массовым - настолько, что число женских гимназий превысит (в не столь отдаленной перспективе) число мужских, а немцы (наши вечные учителя в педагогике) будут использовать опыт русских реформ для собственной системы женского образования.

Но пока до этого далеко. Из трех принципов, на основании которых построил свою систему И.И. Бецкий, - образование сословное, женское и закрытое, - мы рассмотрим первые два: обоснованность сословного подхода для екатерининской эпохи и очевидна беспристрастному наблюдателю, и была экспериментально подтверждена уже в XIX веке. Но если с течением времени (когда для того наступили благоприятные обстоятельства) русская школа стала всесословной, то разделение на женскую и мужскую она сохранила до последних дней своего существования. Вплоть до высшего, с делением на университеты и высшие женские курсы. Обоснованно ли это? И - в особенности - обоснованно ли такое дробление сил в стране, не слишком обильной образовательными средствами?

Для современного читателя, вряд ли имевшего в своей жизни дело с такими учебными заведениями, которые были бы предназначены только для мальчиков или только для девочек, сама постановка вопроса может показаться дикой. Однако у нее есть свой резон. И темп, и характер учебы у мальчиков и у девочек разный. И если в младших и старших классах мальчики конкурентоспособны и даже борются за лидерство, то средние часто бывают для них провальными. Борьба же за лидерство для многих мальчишек естественна, и не имея шансов вести ее на учебном поле, они склонны выбирать другое поприще, имеющее большие шансы стать роковым - и для их морали, и для их судьбы. Кроме того, назначение женщины видели в исполнении обязанностей жены и матери (правда, последнее предполагало, что мать могла помочь сыну в приготовлении уроков, и одно это не давало возможности слишком сильно развести обе модели). Вопрос о научных перспективах для женщин мы надеемся рассмотреть в другом месте.

С другой стороны, есть вполне понятные опасности, подстерегающие детей в однополых коллективах. И в этой связи мы подступаемся к последнему принципу - закрытого учебного заведения. И.И. Бецкий считал полезной изоляцию от порочного взрослого общества. Изолировать не удалось: найти воспитателей, не зараженных пороками современности, оказалось невозможно. Результатом такой неполноценной изоляции стала некоторая светская неловкость, отраженная - в гротескном виде - в стихах современника:

Иван Иваныч Бецкой,

Чрез двенадцать лет

Выпустил в свет

Но руководители русской школы осознавали указанные нами воспитательные опасности и принимали против них меры: в том же Воспитательном обществе практиковалось приглашение гостей, с которыми девицы оттачивали свои, как бы мы теперь сказали, коммуникативнные навыки, устраивались совместные праздники с кадетами. Это очевидно шло на пользу как тем, так и другим. Правильным решением, по-видимому, является (сформулируем кратко, без оговорок и расшифровок, которых понадобится множество) раздельное обучение и совместное воспитание. Впрочем, современная школа, исходя из идеологического контекста своей жизни, вряд ли имеет возможность пойти по этому пути. Нам остается утешаться тем, что принятая система со скрипом, но работает.