Мир, бег и любовь на Ближнем Востоке: отчёт о Бейрутском марафоне

Неделю назад Артём Герасименко пробежал крупнейший марафон на Ближнем востоке. По просьбе редакции он подробно рассказал о том, что из себя представляет Тот Самый марафон в Бейруте, который, по словам его организаторов, объединяет страну, разбитую гражданской войной.

Около недели назад со мной произошло то, что позволило подвести черту под тремя самыми активными годами моей жизни. Случилось это в самом сердце Ближнего Востока, прямо на бегу. Так вышло, что я до последнего момента не был уверен, удастся ли вырваться из Москвы на марафон в Бейруте. Но всё получилось, и теперь, неделю спустя, хочется спокойно сесть и поделиться своим опытом.

Почему Бейрут?

У меня были очень личные причины пробежать этот марафон. Ровно три года назад я путешествовал по Ливану и во время длительной прогулки по ущелью одной долины решил пробежать по нему. Я сделал это не из любви к бегу — мне просто хотелось успеть на автобус обратно в Бейрут. Сил хватило минут на десять — затем я стал задыхаться и был вынужден остановиться. Я был поражён: впервые в жизни я осознал, что нахожусь в ужасной физической форме и дальше будет только хуже. Если ничего не предпринять. Через четыре дня после возвращения я начал регулярно бегать.

За последующие три года моя жизнь сильно изменилась. Нет, я не стал профессиональным или хотя бы очень быстрым бегуном. Но спорт, активный образ жизни и система целеполагания стали неотъемлемыми частями моей повседневности. За это время я пробежал более десятка полумарафонов и два полных марафона — в Берлине (сентябрь 2013) и по льду озера Байкал (в первый день весны 2014). Где-то между этими забегами и было принято решение ехать на марафон в Бейрут. Случилось это благодаря одному из самых вдохновляющих в мире видео про бег — выступлению основательницы марафона Мэй Эль-Халиль (May El-Khalil), которое я посмотрел на сайте TED. Сбитая автобусом ливанская бегунья, пережив кому и 36 операций, лёжа на больничной койке придумала, как объединить страну, десятилетиями разрываемую гражданской войной. Вдохновлённая собственной победой над последствиями аварии, в 2003 году она начала призывать других людей хотя бы на один отказаться от разногласий и пробежать вместе одну дистанцию. Так возник крупнейший марафон на Ближнем Востоке: в 2014 году забег привлёк 37153 участника 94-х национальностей, 4150 волонтёров и 104 благотворительных фонда.

Подготовка к забегу

Регистрация на марафон, который традиционно проходит в ноябре, открывается примерно в июле и длится до середины октября. Несмотря на огромное число участников, такого ажиотажа, как в Берлине или Нью-Йорке, нет. Происходит это потому, что подавляющее большинство участников — около 32 000 из общих 35 000 — бегут дистанцию в 10 км. Марафонцев набирается около 1000 человек. Среди них в этом году было три россиянина: Олимпийский чемпион Григорий Андреев, неизвестная мне девушка и я. Судя по финальному протоколу, большинство марафонцев — ливанцы, причём многие из них состоят в крупных местных беговых клубах (например, Elite RC и 525) или служат в армии. Регистрация стоит порядка 50$.

Весь год в городе идут подготовительные мероприятия: женские забеги на 5 и 10 км, развлекательные забеги для начинающих. Кроме того, у марафона невероятно активный аккаунт в Instagram.

К главному старту в городе готовятся заранее. За две недели по всему маршруту развешивают большие жёлтые информационные щиты с указанием даты и времени перекрытия дорог на арабском и английском языках. Ещё раньше над центральными улицами развешивают растяжки с предложением принять участие в забеге и пройти онлайн-регистрацию. На многих перекрёстках почти за месяц до забега устанавливают огромные фигуры бегущего человека — символа марафона. Фигуры выполнены в разном стиле, потому что над каждой работает отдельный приглашённый дизайнер. Все объекты и растяжки сопровождаются мотивирующими лозунгами: «Мы бежим за мир», «Единый Ливан — это мы», «Абсолютно все бегуны прекрасны» и, конечно, главный слоган бейрутского марафона “Peace, Love, Run” («Мир, Любовь, Бег»). Создаёт настроение даже у самых занудных.

Город

Многие люди по объективным причинам не могут себе представить современный Ливан, поэтому когда речь заходит о марафоне в Бейруте сразу задают вопросы о песке, который летит в глаза, пулях, которые свищут над головой, и девушках, бегущих в парандже. Приходится разочаровывать собеседников: это стереотипы. Всё совсем наоборот. Или почти всё.

Начнём с того, что Бейрут — динамично развивающийся город. За те три года, что я здесь не был, в центре города появились несколько новых фешенебельных кварталов с апартаментами, достраивается десяток небоскрёбов (часть из них — с садами и теннисными кортами на крышах). Витрины магазинов, анонсы концертов, прилавки с едой и значки бесплатного вайфая — войны нет уже восемь лет. В то же время в центре города остаётся множество её следов: в 100 метрах от старта стоит здание торгового центра, сильно пострадавшее ещё в 80-е, а площадка финиша возведена по Площади Мучеников, где стоит изрешечённый пулями памятник борьбы ливанского народа с турецкими оккупантами в годы первой мировой войны. Все это создаёт совершенно особую атмосферу.

Вообще «эхо войны» периодически напоминает о себе на протяжении всего маршрута, но это не касается старта и первых 5-7 км: здесь маршрут проходит по центральному кварталу, где располагаются государственные учреждения и центральный универмаг Souks (где выдают номера участников), затем переходит на променад и медленно перетекает в главную дорожную артерию арт-района Хамра — одноимённую улицу. На променаде каждые 200-400 метров бегунов встречают группы поддержки, ди-джеи и оркестры. Самый главный из них — военно-морской оркестр, который сидит на небольшой трибуне около бейрутского маяка. На протяжении всего марафона я не раз вспоминал эти мощные раскаты ударных и пронзительные звуки духовых инструментов.

Стоит сказать, что Бейрут — город для автомобилей. Здесь быстро, громко и тесно. Пешеходу в этом городе порой просто невыносимо (пока я дошёл из дома за номером, меня едва не сбили раза три). Тем удивительнее тот факт, что во время марафона широкие магистрали полностью отданы относительно небольшому числу бегунов. Этот щедрый подарок позволил сделать ряд неожиданных открытие: так, например, в Хамре главная дорога оказалась вымощена брусчаткой! Увидеть это в обычный день мешает число автомобилей, проезжающих по улице.

После Хамры, через 30–50 минут после старта, бегуны попадают на череду улиц локального значения, и здесь уже не встретишь оркестр. Учитывая старт в 7:00, а на дворе воскресенье, можно понять организаторов: они просто не хотят будить местных жителей. Впрочем, многие жители к этому моменту уже сами с удовольствием наблюдают за бегущими, выглядывая из широких окон с зелёными, голубыми или белыми ставнями.