Спасибо, что не взяли: Где отвергли Овчинникова, Сачкова, Крайнова и других
В социальных сетях появился новый популярный флешмоб: с хештегом #меня не взяли пользователи публикуют истории о том, как их не брали на работу в разные компании и отказывали в должностях и позициях, о которых они мечтали (и что из этго вышло). «Секрет» выбрал инетересные посты и спросил известных предпринимателей о том, кому они не подошли в качестве наёмных работников или учеников.
В социальных сетях появился новый популярный флешмоб: с хештегом #меняневзяли пользователи публикуют истории о том, как их не брали на работу в разные компании и отказывали в должностях и позициях, о которых они мечтали (и что из этого вышло). «Секрет» выбрал интересные посты и спросил известных предпринимателей о том, кому они не подошли в качестве наёмных работников или учеников.
В 1999 году после пожара в ГУВД Самарской области и смерти ряда моих друзей я решил уйти из милиции. Какие-то мои сотрудники пошли в ФСБ, и я потянулся за ними, но меня не взяли. Основная проблема была в требованиях к соискателю и долгому, многоступенчатому процессу установления доверия.
Компании, куда меня не взяли в своё время: «Студия Артемия Лебедева», Defa, «Жалюз», L'Officiel, Esquire, GQ, РБК, «Афиша», «Большой город», Seventeen, Men's Health, «Акция», «Лента.ру», BBDO, «Яндекc», Leo Burnett, «Билайн». Много куда ещё меня всё-таки взяли. А потом, когда мне было 22, мы с Алексеем Амётовым и Екатериной Базилевской сделали Look At Media.
Когда я лежал в Боткинской больнице в 2003 году, прочитал книгу Кевина Мандиа «Расследование компьютерных преступлений». Я понял, что работа компьютерным криминалистом и создание высокотехнологичных продуктов по информационной безопасности — это моя мечта. Оказалось, в России почти нет компаний, которые этим занимаются. Единственным профильным местом было управление «К» МВД России. Меня туда не взяли и сказали, что сначала мне нужно окончить Бауманку, потом Акамедию МВД и только потом, может быть, меня возьмут на работу.
Меня не взяли в какую-то второсортную компанию, которая производила косметику и средства гигиены, даже название не помню. Вернее, сначала взяли генеральным директором, но в первый рабочий день я пришёл на работу без паспорта, потому что его украли и долго восстанавливали. Совладелица сказала, что ей не нужен генеральный директор, который не может сделать паспорт за день. Больше я не ходил на собеседования и не работал в найме. Если бы меня тогда взяли, то не было бы «Мегаплана» и «Финолога».
Меня не взяли на исторический факультет Санкт-Петербургского университета — сдал английский на тройку и вместо того, чтобы готовиться к экзаменам, ходил в Питере на рок-концерты.
Меня не взяли в «Комсомольскую правду». После стажировки в КП Дима Муратов, который был в то время каким-то большим там начальником и весь на комсомольском пафосе, сказал мне: «Старик, ты совершенно бесперспективен для журналистики , тебе лучше заняться чем-то другим». Забейте на мудаков, идите своей дорогой и ничего не бойтесь!
На втором курсе университета у меня не получилось устроиться на стажировку в крупные инвестбанки типа Goldman Sachs, Deutsche Bank, Morgan Stanley и Dresdner Kleinwort. Вместо этого я пошёл интерном в «Ренессанс Капитал». Там я познакомился со своим будущим партнёром Борисом Батиным и другим коллегой, который познакомил меня с будущей женой тем же летом.
Я так долго работаю в PRT, что не очень хорошо помню, что было до этого. Из самого прикольного — меня не взяли директором по внутренним коммуникациям нефтегазового проекта «Сахалин-2» на Сахалин, потому что я был слишком молод. Ещё раньше мне отказали в BBDO и не взяли распространителем «Гербалайфа», так как у меня не было стартового капитала в размере $30. А ещё раньше меня не взяли ночным аудитором в Marriott — я понятия не имел о «структуре счёта».
На первом курсе Политеха меня не взяли работать в ЦТК. ЦТК — комнатка, из которой рулили всей сеткой вуза, серверами и так далее. Для меня это было важно — возможность поработать с живым UNIX в 1999 была в Ульске редкой.
Не, никаких претензий к Дмитрию Каряеву. Он меня вроде брать и хотел, но я не соответствовал моральному облику образцового студента. Панкующему Корнею это было до фени, но где-то сверху меня не утвердили, когда он уже сообщил мне о найме. Зато Lev Walkin умудрялся сочетать прогулы не меньше моих с соответствием моральному образу. Потому в ЦТК работал и много интересного там насоздавал.
Я всё равно тёрся в ЦТК, только забесплатно, любопытства для. Ну, нравилось мне. С живым «Юниксом» поработать получилось в тот же год всё равно, но уже у Дмитрия Наруцкого, за 400 рублей в месяц, и за эту возможность я очень признателен.
Диман о обликах не думал, и одной из первых задач было сделать пиринг, чтобы трафф между провайдерами Ульска ходил напрямую, а не через Москву. Местный пинг упал с 3000 до 200ms.
Через годик уже стремительно рос наш X-Cart и вскоре перевалил за первый миллион долларов. Из «Ультрамарина» я ушёл, но помню его тепло. А третий курс я так и не закончил.
Когда я приехала в Москву, у меня были назначены собеседования в трёх компаниях, первая из которых — km.ru. Мне там отказали и мотивировали тем, что я из провинции (из Новосибирска), а им нужен был сотрудник со столичным опытом. Я очень расстроилась и поехала на два других собеседования, оба прошли хорошо, и на следующий день я уже вышла на свою первую работу — в холдинг недвижимости PR-директором.
В 2014 году меня не взяли в США на стажировку в Bank of America. Оффер был, а вот визу мне не дали — решили, что я могу остаться там жить. Как оказалось, это самое лучшее, что произошло со мной в 2014-м, хотя сначала я очень расстроился. Уже через полгода появилась EVA Academy, и теперь я живу этим делом.