Обмен без обмана. Обзор рынка юридически значимого электронного документооборота (ЮЗЭДО)

В 2015 году аналитики спрогнозировали бурный рост рынка ЮЗЭДО. Но прогноз оказался слишком оптимистичным. Почему? Обсуждаем с представителями РОСЭУ, «СКБ «Контур», «КОРУС Консалтинг СНГ», «Такском», Synerdocs (ООО «ДИРЕКТУМ»).

● Анатолий МИКЛАШЕВИЧ, исполнительный директор РОСЭУ

● Надежда ДАВЫДОВА, директор департамента продаж ООО «КОРУС Консалтинг СНГ»

● Константин КОЗЛОВ, руководитель проекта «Контур.Диадок» компании «СКБ Контур»

● Иван ПАЛЬЧИКОВ, руководитель Департамента по работе с корпоративными и ключевыми клиентами компании «Такском»

● Иван АГАПОВ, руководитель бизнес-направления Synerdocs (ООО «ДИРЕКТУМ»)

Молодо и «зелено»

Напомним, рынок обмена электронными документами сформировался в 2011 году. Именно тогда Минфин принял приказ №50н «Об утверждении Порядка выставления и получения счетов-фактур в электронном виде по телекоммуникационным каналам связи с применением электронной цифровой подписи» и тогда же Федеральная налоговая служба легализовала юридически значимый электронный документооборот между контрагентами (далее – ЮЗЭДО).

Спустя шесть лет, как отмечает исполнительный директор Ассоциации РОСЭУ Анатолий Миклашевич, цифровизация достигла почти 100%, но лишь по одному направлению – отчетности в госорганы. При этом эксперт добавляет:

«Электронные счета-фактуры (ЭСФ) и сопутствующий список документов по-прежнему остаются «непаханым полем». В 2017 году их объем в России достиг 10 млрд шт. Из них, по оценкам РОСЭУ, лишь около 600 млн документов были переведены в электронный вид. По отношению ко всему количеству счетов-фактур это около 4,4%».

«Низкий показатель говорит о главном – рынок все еще находится на начальной стадии развития. Даже с учетом того, что ежегодно объем переданных ЭСФ увеличивается в 2 раза», – отмечает Анатолий Миклашевич.

С ним согласны и представители организаций-операторов ЭДО. Так, руководитель бизнес-направления Synerdocs (ООО «ДИРЕКТУМ») Иван Агапов поясняет: любой рынок проходит несколько этапов развития – от формирования до угасания. «В случае с ЮЗЭДО первая стадия явно затянулась, – говорит он. – Вместо экспоненциального мы видим прямо пропорциональный рост. И хотя потенциал у рынка есть, существенных изменений по-прежнему не наблюдается».

Одна из причин – работа в сервисе ЭДО абонентами чаще рассматривается не как выгода для компании, а как обязанность перед государством. Директор департамента продаж ООО «КОРУС Консалтинг СНГ» Надежда Давыдова подтверждает этот факт статистикой: «До сих пор львиная доля электронных документов в России приходится на формализованные, форматы которых утверждены ФНС. Это 95% от общего числа».

Игроки и ставки

По разным оценкам, около 70-90% рынка приходится на давно «устоявшихся» участников. К ним эксперты относят «СКБ «Контур», «КОРУС Консалтинг СНГ», «Тензор», «Калуга Астрал», «Такском», Synerdocs (ООО «ДИРЕКТУМ») и др. – не более десятка из 30 операторов, известных РОСЭУ. Анатолий Миклашевич уточняет: «Какие доли в общем объеме межорганизационного документооборота конкретно они занимают, сказать сложно. Объективными расчеты могут быть, если операторы ЭДО станут более открытыми».

Скрывают они свои истинные показатели или нет, но факт остается фактом – закрытость рынка приводит к тому, что эксперты всерьез не ожидают появления новых крупных игроков. Во всяком случае они не считают это возможным в ближайшие пару лет. «Вероятно, появятся операторы ЭДО при крупных холдингах – в энергетической сфере, например. Но такие «карманные» организации займутся решением задач головной компании и вряд ли войдут в число лидеров рынка», – рассуждает Иван Агапов.

При этом число транзакций на рынке ЭДО увеличивается с каждым годом. Вначале этот рост был геометрическим, сейчас год от года показатель увеличивается на 20-30%. Цифры приводит Надежда Давыдова:

«Пару лет назад игроки рынка отчетности активно стали принимать участие в EDI и ЭДО в ритейле, что привело к значительному снижению стоимости за один документ, а также к перераспределению фокусов операторов в сторону дополнительных сервисов».

Казалось бы, конкуренция и непростое развитие ЮЗЭДО могли бы привести к нестабильности в ценах. Однако в течение 2017 года стоимость отправки электронных документов почти не менялась. По словам представителя РОСЭУ, она колебалась от 5 до 8 рублей за документ при малом трафике.

Хотя такое ценовое спокойствие на рынке не обошлось без демпинга. Источники ECM-Journal поясняют: в очередной раз снижение цен в 2017 году сыграло на руку, как минимум, одной компании – «Тензор» (СБИС). Зачастую оператор выходил к потенциальным абонентам с предложением, которое было в несколько раз ниже среднерыночной цены.

В свою очередь руководитель Департамента по работе с корпоративными и ключевыми клиентами компании «Такском» Иван Пальчиков поясняет: «Законы рынка работают в любой сфере, и ЮЗЭДО – не исключение. Конечно, демпинг бывает. Особенно, если мы говорим о тендерах и конкурсах». Здесь стоит отметить, что цены рано или поздно все равно вырастут. Помимо оплаты трафика, оператор может брать с клиентов деньги за услуги поддержки, хранение документов, разработку интеграционного решения.

Диктат цен лидерами, по мнению эксперта, присутствует на рынке в меньшей степени, потому как уровень качества оказываемых услуг у всех операторов остается примерно равным. Логика проста: никто не сможет заставить клиента платить больше средней стоимости отправки документа по рынку, потому что тогда абонент с чистой совестью уйдет к конкурентам.

«Именно поэтому тариф пока примерно одинаковый, и он, скорее всего, будет планомерно снижаться. Это еще один закон рынка и следствие конкуренции, – уточняет Иван Пальчиков. – Сравните цены на услуги операторов сотовой связи несколько лет назад и сейчас. Разница очевидна. Основное падение цен происходит в тот момент, когда клиентская база перестает расти и приходится бороться за удержание уже существующих абонентов. Думаю, на рынке ЭДО со временем сложится примерно такая же ситуация».

Движущая сила рынка

Эксперты уверены: катализатором роста интереса юридических лиц к сервисам ЭДО по-прежнему остается государство, причем речь идет не только о влиянии регуляторов и контролирующих органов.

«Я также говорю о возможности на равных использовать ЭДО в судебном и досудебном урегулировании, – поясняет свою позицию Надежда Давыдова. – В том числе имею в виду и другие факторы. Ряд компаний, которые в 2011 году стали использовать электронный счет-фактуру, все больше и больше испытывают потребность в развитии ЭДО во внутреннем документообороте и во внешнем, независимо от участия государства. Это желание уже переросло в естественный процесс эволюционного развития, когда переведя один бизнес-процесс в плоскость электронного документооборота, организация понимает важность и выгоды перехода и поэтапно стремится переводить в электронный вид смежные процессы».

Акцентом в развитии рынка ЭДО Иван Агапов видит создание единого пространства для работы с документами.

«Переходить с «бумажных» процессов на «электронные» сложно и в техническом, и в организационном плане. Клиентам непонятно, как согласовывать документы внутри компании, если с контрагентами уже перешли на ЭДО. Открытым остается вопрос, как построить работу одновременно в электронном и бумажном виде? Решение проблемы я вижу в разработке или внедрении внутри средней или крупной компании единой системы обработки ЮЗЭД, едином архиве электронных документов и т.д.»

Абоненты интересуются, как организовать работу в бумажном и электронном виде одновременно. Хотят знать, как исполнить требования регуляторов, когда в рамках одного процесса часть документооборота нельзя использовать в электронном виде. «И пока есть вопросы, нужны эксперты, операторы, которые имея накопленную экспертизу, смогут максимально помочь и сделать безболезненным переход на ЭДО», – отмечает Иван Агапов в беседе с ECM-Journal.

Анатолий Миклашевич видит движущую силу рынка в другом – в поведении крупных компаний с большим количеством поставщиков. «Да, повлиять на текущее состояние ЭДО может, с одной стороны, обязательность использования электронных документов или активность операторов, но с другой – упрощение процесса обмена и выверки документов при обмене», – рассуждает исполнительный директор РОСЭУ. При этом он уточняет, что на рынке уже появились такие программные продукты.

Еще один важный плюс – в данный момент государство активно втягивает юридические лица в электронный документооборот. «Программа развития цифровой экономики идет полным ходом. Сейчас, насколько я знаю, обсуждается ввод на законодательном уровне обязательной подачи документов в электронном виде при заключении государственных контрактов», – делится информацией Иван Пальчиков. Подобная практика, к слову, существует во многих странах. Если изменение коснется и России, то такой закон, по словам представителя «Такском», серьезно скажется на росте рынка.

Обратная сторона

Основным сдерживающим фактором в развитии ЮЗЭДО Надежда Давыдова считает необходимость совмещать электронный и бумажный документооборот в компаниях, что конечно же, удорожает и усложняет процесс. Переход на ЭДО в России остается трудоемким, что явно не может стимулировать рост рынка.

Усугубляет ситуацию и то, что экономический и психологический эффект от внедрения ЭДО в малых компаниях при небольшом объеме документов является неочевидным. На это указывает Анатолий Миклашевич. «Сдерживает развитие ЮЗЭДО и фактор неудобства внесения изменений в документы. Это заставляет дублировать процессы на бумаге, – поясняет он. – Для малых компаний, а их – численное большинство, решающим фактором остается не экономический эффект от ЭДО, а удобство пользования этой технологией».

С ним согласен и Иван Пальчиков. Представитель «Такском» уверяет, что есть как минимум два серьезных препятствия для развития рынка:

«Первое – большинство компаний боятся сложностей, связанных с переходом на ЭДО. Специалистов, способных быстро и качественно реализовать большой проект, на рынке крайне мало, приходится учиться с нуля или отдавать эту работу на аутсорсинг оператору. Только очень небольшое количество компаний на данный момент могут перевести документооборот в электронный вид полностью. Остальным приходится жить в условиях одновременного существования и электронного документооборота, и бумажного».

Второй сдерживающий фактор, по словам Ивана Пальчикова, – это множество серых схем в среднем бизнесе, скрывать которые с переходом на ЭДО становится гораздо сложнее.

Иван Агапов относит к числу «тормозов» и сложность убеждения контрагентов перейти на обмен в электронном виде. «Пока большая их часть не перейдет на новый формат обмена документами, полноценного эффекта от ЮЗЭДО бизнесу не получить, – добавляет он. – Оператор в сложившейся ситуации способен сыграть решающую роль, так как имеет за плечами опыт подключения контрагентов».

Под знаком УПД

«По итогам 2017 года рост трафика межкорпоративного документооборота не превысил 20%, поскольку переход с электронного счета-фактуры на универсальный передаточный документ (УПД) привел по некоторым участникам к сокращению объема трафика на 30%», – приводит данные Надежда Давыдова.

Важным фактором развития рынка в прошлом году стало то, что законодательство обязало бизнес с 1 июля формировать и передавать счета-фактуры только в новом формате по данному приказу. «По остальным документам такого обязательства не было. Но многие компании логично решили, что раз все равно внедрять новый формат, сразу перейти на УПД – для них это возможность минимум вдвое снизить объем документооборота», – напоминает Константин Козлов, руководитель проекта «Контур.Диадок» компании «СКБ Контур».

Еще один тренд ЮЗЭДО – из плоскости электронного взаимодействия с регуляторами у юридических лиц все чаще возникает потребность переводить в тот же формат коммерческие отношения. «Это договоры, прайс-листы, уведомления и другие документы», – делится наблюдениями Надежда Давыдова. Вторым значимым моментом 2017 года она считает трансформацию технологий от централизации к децентрализации: как в выборе количества операторов ЭДО – в желании сделать шину под разных участников рынка, так и в экспериментах с blockchain. При этом, по ее мнению, текущие тенденции в ближайшее время лишь усилятся. Произойдет слияние отчетности, EDI и ЭДО проявится тренд на оптимизацию уже выстроенных процессов и ИТ-инфраструктур, что приведет к еще большему перераспределению акцентов с базовых транзакций на аналитику и комплексные сервисы.

В то же время в «Такскоме» делают ставки на государственные проекты, которые «могут как косвенно, так и напрямую повлиять на рынок ЭДО». Среди них, как отмечает Иван Пальчиков, уже внедренный ЕГАИС, эксперименты с маркировкой определенных групп товаров и реформа контрольно-кассовой техники. Информация обо всех подобных сделках уже передается с помощью телекоммуникационных каналов связи. Если тенденция сохранится, то это, безусловно, положительно скажется на росте рынка электронного документооборота.

«В числе тенденций – рост активности в автоотрасли, – добавляет Константин Козлов. – Автопроизводители и поставщики имеют обширные дилерские сети, с которыми ведут объемный документооборот по различным бизнес-процессам: отгрузке автомобилей и запасных частей, взаимодействию по гарантиям, бонусным программам, маркетинговым акциям. Перевод этого потока в электронный вид позволяет им в разы ускорять процессы и снижать трудозатраты по ним».

Перечисляя основные тренды, эксперты однозначно сходятся в одном – крупные и средние компании и дальше будут не менее активно переходить на ЭДО. То есть они продолжат действовать и экстенсивно – подключать к сервисам все больше своих контрагентов, и интенсивно – переводить в электронный вид все больше внутренних бизнес-процессов.

«Надеемся, что этому поспособствует и законодательство. Сейчас государственные органы разрабатывают электронные форматы двух важных документов: акта расхождений и договора. Мы ожидаем, что в следующем году их формализуют, – отмечает Константин Козлов. – Это позволит бизнесу перевести в электронный вид еще больше документов. Также прорабатывается возможность внедрения электронной транспортной накладной».

Чего еще ожидать абонентам? Вероятно, многим из них придется платить не только за обмен электронными документами, но и за их хранение. «Во всяком случае операторы начинают задумываться об этом, – рассказывает Иван Агапов. – В каком размере хранение будет оплачиваться абонентами – отдельный вопрос. Но я уверен: у абонента должно оставаться право выбора разворачивать архив локально либо в облаке».

Добавим: опасаться роста затрат на ЮЗЭДО пока не стоит – это случится не ранее чем через 4-5 лет. «Возможно, именно к этому времени ЮЗЭДО по объему сравняется с бумажным документооборотом и рынок придет к стадии зрелости», – резюмирует Иван Агапов.