Памятные встречи: Билл Клинтон

29 марта 1992 года Билл Клинтон выступил перед Советом еврейских организаций бруклинского района Боро Парк.

Естественно, что и на пресс-конференции, и затем в своей речи перед заполнившими зал ортодоксальными евреями, Клинтон говорил об американо-израильских отношениях. Прежде чем передать сказанное тогда Клинтоном, следует напомнить, что во время избирательной кампании многие кандидаты готовы обещать то, что в случае победы выполнить не захотят или не смогут. И всё же избирателям каждый раз хочется надеяться, что хотя бы часть сказанного отражает действительную позицию кандидата, от которой он в будущем не отступит. Или отступит не слишком далеко.

На пресс-конференции я был в качестве корреспондента международного еженедельного журнала "Алеф" и нью-йоркской радиостанции "Горизонт" (радио просуществовало с 1980-го по 1992-й год).

Билл Клинтон обвинял тогдашнего президента-республиканца Джорджа Буша-старшего во многих проблемах страны, в том числе в охлаждении американо-израильских отношений:

- В нас, американцах, вновь разбужен природный инстинкт против каких бы то ни было обязательств по отношению к другим странам. Люди не знают (и им никто не объясняет), принесёт ли выгоду Америке политика гарантированных займов, в частности, займов Израилю. Я всегда выступал и выступаю за гарантированный заём и не считаю, что этот вопрос надо привязывать к мирному процессу на Ближнем Востоке. На настроения наших граждан влияет также возросшая у нас межэтническая, межрасовая, межрелигиозная напряжённость. Наши отношения с Израилем показывают, какой страной мы являемся. В эру, наступившую с окончанием Холодной войны, американо-израильские отношения в области стратегии так же важны, как и раньше, если не ещё больше. И наши обязательства по поддержанию демократии и свободы в мире требуют признать, что Израиль - наиболее важный для нас оплот демократии на Ближнем Востоке.

clinton2.jpg

- В вашем недавнем выступлении вы заметили, что разногласия между руководством США и Израиля существовали в той или иной степени всегда и что такие разногласия могут возникнуть и у вашей администрации. Как бы вы действовали, если бы политика создания новых поселений на территориях стала поводом для отказа палестинской стороны от процесса мирного урегулирования в регионе?

- Я бы, прежде всего, не говорил об Израиле в частной беседе одно, а публично другое, и показал бы, что я действительно против ослабления Израиля, - ответил мне Билл Клинтон. - А наши разногласия я бы, насколько возможно, сначала попытался решить по неформальным каналам с помощью наших общих друзей и союзников. Если же разногласия примут открытый характер, я постараюсь свести их к минимуму и не опущусь до личных выпадов и угроз в адрес израильских лидеров, угроз, подобных тем, что мы наблюдаем в последние месяцы. Я уверен, что вопрос о поселениях должно решать правительство Израиля, а не правительство США. Если я буду избран президентом, я восстановлю наши добрые отношения с Израилем. Это очень важно как для меня лично, так и для Америки.

Очень красиво было сказано. Однако и у Клинтона, ставшего президентом, отношения с Израилем оказались непростыми.

Ещё один вопрос, который, как показали последующие события, был очень кстати:

- Если вы станете президентом, какую роль будет играть Хиллари Клинтон: роль вашего главного советника, тем более, что у неё, как и у вас, юридическое образование, или просто роль жены президента?

- Надеюсь, и ту, и другую. Уверен, что Хиллари будет играть очень активную роль в работе моей администрации, в управлении страной. Она для меня незаменима и как советник, и как жена.

А ещё Клинтон пообещал, что, став президентом, будет придерживаться в Белом Доме кошерной кухни. (В зале смех и аплодисменты.) Тутже кто-то спросил:

- Вы отсюда едете выступать перед китайской общиной. Там вы пообещаете, что в Белом Доме будете есть только китайские блюда?

Клинтон рассмеялся, но не ответил.

clinton3.jpg

После пресс-конференции я окзался за одним столом с телохранителями Билла Клинтона. Они смогли немного расслабиться и перекусить. Знаете, что им больше всего понравилось? Фаршированная рыба! Гефилте фиш!

В последующие годы я встречался и с Хиллари Клинтон: то на пресс-конференциях, то на городских нью-йоркских парадах. Больше всего мне запомнились её глаза: бледно-голубые, очень холодные. Такой взгляд я встречал у Молотова, с которым сталкивался на Арбате. Я тогда учился в Щукинском театральном училище и ежедневно шёл к улице Вахтангова от метро "Арбатская" по Арбату. А пенсионер Вячеслав Михайлович Молотов иногда прогуливался по Арбату от улицы Грановского, на которой жил. Он ходил в демисезонном пальто, слегка опираясь на палку. Всегда был гладко выбрит, усики щёточкой аккуратно подстрижены. Встречаясь с ним , я натыкался на очень холодный пронизывающий взгляд выцветших глаз за стёклами пенсне. Эти глаза притягивали и одновременно отталкивали. Взгляд удава, который гипнотизирует кролика. От такого взгляда было не по себе. Я быстро отводил глаза и ускорял шаг. Почему-то, когда я вижу Хиллари Клинтон, я вспоминаю Молотова.