А ОСЕНЬ ПРОПОЕТ СВОЮ НАМ ПЕСНЮ
Осень размылась дождями, В парках нет ни души, Птицы сбиваются в стаи, Ветер, листвой шуршит.
Удивился вдруг, Ташкент
Август громом рассыпался,
Удивился вдруг Ташкент: Казус в этом получался, В осень я купил билет? Но до взлета мне осталось Еще несколько деньков, Потерпи-ка, Лето, малость, Не срывай своих листков. Дай немного надивиться Солнца дивной красотой. Ничего с ним не сравнится,
Что дает тепло, покой. Дай еще чуть-чуть влюбиться В это Небо с синевой, Под лучами распрямиться, Выгнув радугу дугой. Насмотреться на долины И зеленые луга… Ягоды вкусить малины, Птиц послушать голоса. А какой прекрасный запах От рассыпавшихся роз… От ночей в жару усталых Исходило столько грез. И я должен тут признаться В благодарности судьбе, Что дала мне напитаться Сладкой дыней на бахче. И арбузом насладиться, Персика вкусить нектар, Соком дивных груш напиться… Август это божий дар!
О Сергее Есенине
О Сергее Есенине сказ мой такой: Его лирика сочной ложится строкой На поля изумрудные и ласковый брег… На листах след оставил простой человек.
Воспевал он березку России лесной, Луговые цветы, что раскрылись весной И безмерно любил ширь просторных степей, Красотой упивался кудрявых ветвей.
В восторг приходил от осенних деньков, От ромашек, что ждали любви васильков. Мечтая о счастье, он лелеял надежду: Цвести будет сердцем Россия как прежде.
Красотою небес в полях отразится, С Россией все зло навсегда распростится. Он березовым соком Россию поил, Как любимой подруге стихи ей дарил.
Как сказано много о С. Есенине слов. Любовью к России обрел славу веков.
И плакало сердце надрывно (О С. Есенине)
И плакало сердце надрывно, В картинах менялись черты Той девушки юной, наивной, Собой наполняла, что сны.
И сердце тянулось к убогой, Но полной любви стороне, Где тихою ночью у стога Легко предаваться мечте.
Где в заводи лист закружился Своей доверяя судьбе, Давно с кленом он распростился И потянулся к реке.
Как только наряд зима сбросит Весне уступить, чтоб черед, Так тут же сквозь ветви и просинь, И снова ликует народ.
И тут же девчата с парнями Весенний ведут хоровод, И тут же на пашне крестьяне В свой крестный пускаются ход.
Проносятся в сердце картины Природы, где с детской порой Сплетаются русские нивы И цветы, что в траве луговой.
Прикоснулась рука к перу С. Есенину
Прикоснулась рука к перу И ромашкой строка задышала, И поэт запел песню свою О Заре, что рассветом дрожала.
Эта песня неслась с полей И душа от нее отдыхала, И от ветра с уснувших ветвей Осень листьями опадала.
Эта песня в окне с утра C лучиком солнца играла, И от скошенных трав скирда От глубокого сна пробуждала.
И хотелось слагать стихи, И всем сердцем в любви раскрыться, И хотелось кричать: распахни Свою душу, летит пусть птицей.
Над простором, где мед с цветка, Над гнездом где аист кружится И из маленького ростка К Небу дерево где стремится.
Где меж двух берегов в зеркалах Видна облаков вереница И лазурная гладь серебра Называет Луну бледнолицей.
Где за ширью полей и лугов Красным блюдом Солнце садится, И от трелей лесных соловьев Всполошилась в ветвях синица.
Прикоснулась рука к перу И подернулась занавеска От осенних листьев в дыму И от снежного зимнего блеска.
С березкой в обнимку
Завоеванный временем, Песнью воспетый, Стал народным он гением И народным поэтом.
И струною лиричной С березкой в обнимку, Он в бомонде столичном Причислял ее к нимфам.
Озорством мальчугана Он вписался в Тверскую, Но ему было мало Жизнь вести озорную.
Он упрямым повесой В жизнь вносил расписную Ту картину из леса, Что брала за живую.
Что на сердце ложилась Той травой луговою, По весне, что пробилась И целила от боли.
Что небесной лазурью Покрывала те раны, Где корой заскорузлой Глаз скрывался обманом.
Был он в драках замешан, В кабаках дружил с пьянью, Русский облик был смешан С папиросною гарью.
В этом тоже есть доля Той картины народной, Где вся сущность безволья Не являлась Природной.
Где за счастье свободы В развеселой гулянке, Заплясали народы В такт бубновой цыганки.
И где канули в Лету Крики стай журавлиных, Обращение к Завету И зов предков долинных.
Среди шумного бала По полям он скитался, Жизнь безудержной стала, Но он с верой остался.
И он нес эту веру Воспевая просторы, И отвешивал меру На ночные дозоры.
Обращая взор к стогу, Где любовью напился, На салфетках к порогу Детских лет он стремился.
Там, в ромашковом царстве, Он счастливым родился И в кабацком мытарстве В край родной взгляд стремился.
В гостях у Октября я загулялась
В гостях у Октября я загулялась. Не отпускал. я тоже не спешила… Не пожалела то, что с ним осталась – Он подарил мне бусы дождевые.
Из них узор я в волосах сложила – Собрал в себе он ярких листьев краски… Останусь – для себя я так решила. Кому охота уходить из сказки… О, как он рад был этому решению – Меня в златую облачил одежду, Чтоб не промокла, усадил под тенью Туч, на любовь дождей тая надежду. Зажег рябиновые всюду свечи И заказал закаты огневые, На саксе блюзы слушали весь вечер, Зал украшали шторы кружевные. Свисали с крыш алмазные подвески, Сверкая разноцветными огнями… От бликов чудодейственные фрески В наш сон входили влажными ночами. Из вин букеты разливал учтиво, Хмелея, целовал мои запястья, На них браслеты надевал красиво И улетал на Небеса от счастья. Я как царевна в золотой короне Подарки принимала с наслаждением, Беседуя все больше о погоде, Держалась просто, но с почтением. Усаживал Октябрь меня на кресла, Под ноги стлал из листьев мне подушки.
Его любви дней не хватало, места, Упасть готов был к Ноябрю он в ножки. Укрыв меня парчовым покрывалом – В его хозяйстве оно было главным, Ко мне особым воспылал накалом… Стал в чувствах клясться своим сердцем алым.
А осень пропоет свою нам песню
А осень пропоет свою нам песню, Ее, собрав из звуков листопада, Капели струнной, льющейся на землю, С порывов ветра в опустевших парках. Сердечные затронет струны скрипкой, Разбудит душу блюзом саксофона, Ноктюрном вызовет в глазах улыбку, Игрою очарует ксилофона. Рояль придаст оттенок ее страсти, И выйдет Дева на паркет танцпола, И щелкнут в кастаньеты ее пальцы, В любви своей сгореть она готова.
Осень любит вечерами
Также как и вы, и я Осень любит вечерами Посидеть за чашкой чая У раскрытого окна. Взгляд ловить толпы прохожих На нее чуть-чуть похожих - Та же рыжая копна. И тем радовать себя. Слушать, греясь у камина, Как в душе поет весна И от запахов жасмина Кружит в танце голова. Как стучится ветер в двери, Тарабанит в окна дождь, А она от чая млея, Успокаивает дрожь.
Память поэтам - ноябрь 2017 г.
А память вечно в нас жива! Незабываемы те годы, Когда в душе цветет весна И раздвигают музы своды.
Жизнь – интересная игра, На стол какую бросит карту? Кому-то выпадет «пора», Кому-то снова сесть за парту. Читать, писать иль рисовать, Неважно: в бороде седины. Барьеры даст возможность брать И покорять в снегах вершины.
Нам реки вспять не повернуть, Не сделать в истине открытий, Hо и с пути нам не свернуть Своих таинственных наитий. И будем в памяти хранить Тот взгляд, что был случайно брошен, Пришлось c кем из колодца пить, Считая встречи миг хорошим.
Мы провожали в путь иной Тех, кто закончил жизни долю, Лучинкой кто своей святой По мере cил нес божью волю. Наш долг лучинку поддержать, Чтоб сердца свет вливался в слово, В цепочке связь не нарушать, Где в мире все старо, не ново.
Привыкаешь - посв. Владимиру Барамыкову
Привыкаешь, привыкаешь ко всему. И особенно к тому, кто рядом. Потому никак сегодня не пойму. Выпал звук из звукового ряда?
Как она в воспоминаниях жива Эта вечно детская истома, Если ниточка ее оборвана, То не обойтись без слез и стона.
Дворовые вспоминаю вечера - Под гитару песни мировые, Будто было это только все вчера - Биттлз и Высоцкий, Визбор и другие.
И гитарный перебор Володей струн, Тихий голос над крыльцом, что лился, Для детей шестидесятников как гул С далей неизвестных доносился.
Заполняли сердце теплые слова Песен тех, что эхом отдаются В жизни той, где и борьба, и суета За существование ведутся.
Но в пути спасала музыка всегда - Благостная для души отрада, Поселилась в жизни раз и навсегда - Не исчезнет звук из звукоряда.