«В Киеве тоже нормальные люди есть!»

Жители прифронтовых сел меняют свое мнение в отношении Украины

В апреле ‒ год, как на Донбассе ведутся боевые действия. За этот период инфракструктура региона была разрушена, а из 7 млн жителей Донецкой и Луганской областей около половины стали вынужденными переселенцами. Оставшиеся жители зоны АТО за редким исключением винят в случившемся киевскую власть и поддерживают сепаратистов. Несмотря на гуманитарный кризис, многие, как молитву, повторяют «Мы никому не нужны, нас нигде не ждут» и наотрез отказываются переезжать из разрушенных поселков на мирные территории. Однако А' удалось выяснить, что несмотря на активную российскую пропаганду, жители Донбасса все же постепенно меняют свое мнение в отношении Украины.

В зоне АТО, даже на подконтрольной Украине территории , всем миром ругают киевскую власть, Майдан и почему-то Национальную гвардию, не до конца понимая, чем она отличается от ВСУ. Родиной Украину считают единицы. Здесь многие люди не выезжали за пределы своего региона и, наверное, поэтому мечутся между канувшим в историю СССР и его наследницей Россией. А на вопрос «В какой стране вы хотите жить?» отвечают: «В той, где не стреляют». Тут верят российским телеканалам и телевидению «ДНР», которое вещает в подвалах, несмотря на то, что свет в эти подвалы провели украинские электрики при помощи украинских военных. Люди приходят к блокпостам за продуктами, требуя при этом, чтобы украинские солдаты «убирались с их земли». Некоторые берут гуманитарку у волонтеров и тут же, отойдя за угол, могут корректировать по ним огонь из вражеского миномета.

«Держись за Украину!»

На пакете с гуманитаркой нарисован сине-желтый спасательный круг и надпись на русском и украинском языках «Держись за Украину». Волонтеры из группы «Крила щедрості та турботи» придумали этот слоган специально для продуктовых наборов. «Люди удивляются, когда узнают, что мы из Киева,‒ рассказывает А’ координатор «Крыльев» Майя Михалюк.‒ Видимо, многим нелегко примирить в своем сознании “киевскую хунту” и “киевскую помощь”. Слоганом “Держись за Украину!” мы хотим донести, что Украина их не бросает, для спасения им следуеь держаться за Украину. Мы можем бросить спасательный круг, но если люди его не возьмут, мы ‒ бессильны помочь».

Где бы в зоне АТО ни остановился микроавтобус с гуманитарной помощью, вокруг него в считанные минуты соберутся люди. В поселке Нетайлово, что в 26 км от Донецка, это правило работает безотказно. Депутат местного сельсовета Алла Никитина держит в руках списки, в них ‒ 98 человек. Односельчане дисциплинированно выстраиваются в очередь, у каждого с собой есть паспорт, хотя волонтеры документов не требуют. Но Алла Никитина педантично отмечает в списке тех, кто получает продуктовые наборы – крупы, подсолнечное масло, макароны и консервы. «А как же,‒ говорит она.– А то у нас в совхозе получают все время одни и те же, а сюда ничего не доходит. Так нельзя – одни по два-три раза, а другие – ни разу». Возле нее суетятся женщины, одна из которых кроет матом президента, правительство и просит побыстрее выдать ей гуманитарную помощь. Это еще одна з акономерность, которая отличает любую толпу в зоне АТО.

Жители Нетайлово на этом стихийном собрании традиционно ругают власти в Киеве, тоскуют по СССР, при котором «старшему поколению жилось хорошо» и возмущаются из-за отсутствия работы. Один из собеседников А’, пенсионер Борис Павляк, бежал от войны из села Тоненькое (15 км от Донецка). Тоненькое расположено со стороны донецкого аэропорта, из-за регулярных обстрелов в нем не осталось практически ни одного целого дома, а в январе снаряды попали в местную свиноферму, многие животные погибли. Волонтеры вывозили жителей маленькими группами по 3-4 человека и старались расселить в пределах области. Борис Павляк осел в Нетайлово, даже смог переоформить пенсию, которую за последние месяцы получил, а вот за июль и август – нет, за что ругает Пенсионный фонд.

Борис Павляк рассказывает о своем дяде, который родился на Донбассе, но в молодости уехал во Львов и теперь называет россиян москалями. «Ты смотри, как его перекрутило!» ‒ возмущается Борис. Недоволен пенсионер и президентом. «Я думал, что Порошенко приедет в Донецк и будет разговаривать с сепаратистами. А он принял пост у этих двух товарищей (Арсения Яценюка и Александра Турчинова.– А’) и начал войну!» ‒ делится своими разочарованиями Павляк. Под конец он в сердцах заявляет: «Я Украины за 25 лет вот так наелся! Я хочу жить в "ДНР"».

При этом, когда корреспондент А’ напоминает мужчинам, критикующим украинскую власть, что гуманитарную помощь им привезли волонтеры из Киева, в ответ несется неожиданное: «Ну а что, в Киеве тоже нормальные люди есть!».

Долгая дорога в Опытное

После Нетайлово волонтеры направляются в поселок Первомайское (21 км от Донецка). Микроавтобус с гуманитаркой останавливается в центре, возле местного магазина. Рядом припаркован старый мотоцикл, выкрашенный в белый цвет, на баке и коляске которого нарисованы красные кресты. На нем трое украинских военных приехали в магазин за продуктами и сигаретами. Мы просим их посоветовать, по каким улицам лучше проехать, чтобы раздать гуманитарку. «Если вы действительно хотите помочь, то лучше ехать в Опытное, там народ точно нуждается»,‒ говорит один из военных и предлагает показать дорогу.

Корреспондент А' побывал в Опытном сразу после Рождества. Тогда поездка оставила тяжелый осадок. Во-первых, группа журналистов и волонтеров попала там под минометный обстрел. Один из снарядов упал в 20 метрах от автобуса и угодил в крышу разрушенного здания. Это и спасло волонтеров. Потом был тяжелый разговор с местными жителями, требовавшими убрать из поселка Национальную гвардию. Кроме того, пришлось столкнуться с местным наводчиком, который находился в толпе людей, стоявших в очереди за гуманитаркой. Он взял у волонтеров продукты, а потом снова взялся за свое, и группе пришлось в спешке покидать Опытное. Мины ложились все ближе. По словам военных, это явный признак того, что сепаратисты имели в поселке свои «глаза». Для минометчика в такой ситуации совсем не обязательно иметь профессионального корректировщика. Достаточно банального «возьми левее» или «чуть правее» ‒ и после нескольких мин, потраченных вхолостую, вполне можно попасть в цель, если она стоит на месте.

И вот теперь, спустя два месяца, мы снова направляемся в этот неприветливый поселок. Впереди, чихая и кашляя, едет мотоцикл.

Дорога в Опытное проходит через село Водяное (23 км от Донецка). До Нового года сюда регулярно за питьевой водой на велосипедах приезжали жители Песков ‒ пожалуй, самого разрушенного населенного пункта Донецкой области, ставшего своего рода синонимом войны. Тут можно было запастись питьевой водой. Два месяца казалось, что чья-то невидимая рука защищает Водяное от войны: село практически не пострадало от обстрелов, стояли нетронутыми зажиточные дома. Но в этот раз поселок словно лишился своего покровителя, и Водяное было не узнать. Разбитые окна, проваленные крыши домов, остатки заборов и рухнувшие столбы линий электропередачи. Село словно вымерло.

На выезде из Водяного микроавтобус волонтеров вынужден остановиться: из-за мягкого чернозема дорога превратилась в две глубокие колеи, и проехать тут может разве что военная техника. Следом за нами появляется огромный грузовик ГАЗ-66. Лобовое стекло машины ‒ в трещинах, но водителя, похоже, это не смущает.

Военные предлагают перегрузить продуктовые наборы в кузов грузовика и доставить нас в Опытное. На вопрос: «Броники брать?» наши сопровождающие со смехом отмахиваются ‒ в этот день в поселке тихо. Водитель нашего микроавтобуса остается в Водяном. Машину просят отогнать подальше и спрятать между домами, чтобы она не попала под обстрел.