Девица-«патриот»: дочь тамбовского казначея Дрокова, бывший комиссар движения «Наши» назвала США своей родной страной

Опять Тамбов на карте генеральной стал бо­лее заметен. Бывший комиссар молодежного движения «Наши» Ма­рия Дрокова получи­ла грин-карту США. Об этом свидетельствует фотография, которую девушка в понедель­ник, 13 марта 2017 го­да, выложила на своей странице в Instagram.

Судя по всему снимок был сде­лан в международном аэропорту Сан-Франциско. Мария так про­комментировала радостное для нее событие: «Самый красивый от­тенок зеленого, который я когда- либо видела. Я так рада и благо­дарна получить грин-карту и стать ближе к получению гражданства в моей родной стране США». Как стало известно Дрокова получи­ла грин-карту типа E16, то есть как «иностранец с экстраординарными способностями». Обычно подобное основание для выдачи вида на жи­тельство используется для выдаю­щихся спортсменов, музыкантов, художников и писателей. На волну публикаций по поводу грин-карты Дрокова ответила на своей стра­нице в Facebook так: «Мои коммен­тарии о политике: у меня есть од­на политическая платформа – это любовь. Я рада поделиться своими мыслями по этому поводу. Я не за­интересована в комментариях, не относящихся к этой теме».

За несколько лет она сделала карьеру в движении «Наши» и перебралась в Москву

Мария Дрокова действительно талантливая девушка, успевшая не только обрести новую родину, но и прославиться на старой. Ро­дилась Мария 26 октября 1989 в г. Тамбове. Ее отец, выпускник МАИ, сделал типичную для многих инже­неров карьеру благодаря ВЛКСМ и КПСС. На заво­де «Прогресс» в Кубышеве он был секретарем коми­тета ВЛКСМ, а потом ра­ботал в Тамбовском райко­ме КПСС зав орготделом. С 1991 года по август 2007 года – ра­бота в Государственной налоговой инспекции. С сентября 2007 года Александр Дроков работает в мэ­рии Тамбова, ныне он заместитель главы администрации – председа­тель комитета финансов админи­страции города Тамбова.

Его дочь Мария окончила шко­лу с золотой медалью. В 2005 году Мария Дрокова стала членом дви­жения «Наши». За несколько лет она сделала карьеру в движении «Наши» и перебралась в Москву. С марта 2007 она уже руководи­тель московского штаба движения. А с августа 2008-го федеральный комиссар. Девушка прославилась тем, что в 2009 году в ходе фору­ма на Селигере поцеловала Вла­димира Путина, занимавшего тог­да пост главы российского прави­тельства. За год до этого она удо­стоилась медали ордена «За за­слуги перед Отечеством» I степе­ни. Интересовалась элитологией, финансовым менеджментом, ис­панским языком.

Впоследствии Дрокова позна­комилась и подружилась с пред­ставителями либеральной оппо­зиции, в том числе с журналистом Олегом Кашиным. Она пересмо­трела свои взгляды и ушла из «На­ших» и политики. В настоящее вре­мя 26-летняя девушка живет и ра­ботает в США. Девушка сделала быструю карьеру в корпоратив­ном PR. В 2016 году Мария Дро­кова стала бизнес-ангелом и ин­вестировала неназванную сумму в 10 различных стартапов. В 2016 году «Иносми.ру» опубликовало перевод статьи Mashable, в ко­торой утверждалось, что Дроко­ва консультирует глобальные тех­нические компании в области PR. Трансформациям, произошед­шим с бывшим комиссаром «На­ших», даже посвящен фильм, сня­тый в 2012 году датским режиссе­ром Лизой Бирк Педерсен.

Фильм рассказывает об акти­вистке, которая в 15 лет вступила в движение «Наши», на Селигере встретилась с Путиным и от избыт­ка чувств его поцеловала, предва­рительно попросив разрешения.

Ее предыдущая деятельность, за которую она получила орден, была сплошным притворством и конъюнктурой

Однако затем что-то пошло не так: Дрокова проиграла выборы в руководящие органы «Наших», а потом узнала об избиении журна­листа Олега Кашина (в 2010 году) и изменила политические взгля­ды. По одной из версий, впослед­ствии не получивших подтвержде­ния, заказчиком нападения на Ка­шина был руководитель «Наших» и Федерального агентства по де­лам молодежи Василий Якеменко. Дрокова вышла из «Наших».

Напомним, что молодежное движение «Наши» было создано в 2005 году на основе организа­ции «Идущие вместе». По замыс­лу, активисты должны были проти­востоять антиправительственным силам. «Наши» были расформиро­ваны в 2013 году.

Куратором «Наших» являлся гла­ва федерального агентства по де­лам молодежи, федеральный ко­миссар движения «Наши» Василий Якеменко.

Новое движение рассматрива­ло Россию «как исторический и ге­ографический центр мира», сво­боде которой угрожает «противоестественный союз либералов и фашистов, западников и ультрана­ционалистов, международных фон­дов и террористов, объединенных общей ненавистью к нашему пре­зиденту Владимиру Путину». «На­ши» объявили, что продолжат борь­бу за ликвидацию «режима олигар­хического капитализма», который «несвободен и несправедлив». Та­ким образом, поддержали вызов, брошенный, как они считают, оли­гархам президентом Путиным.

Сообщения о виде на житель­ство в США 26-летней дочери скромного тамбовского чиновни­ка, заведующего финансами в го­родской администрации, вызва­ли волну негодования в социаль­ных сетях.

С одной стороны, это не первый случай, когда моло­дые русские девушки и пар­ни находят себя за океаном. Но Дрокова – особая статья. По сути это провал всей го­сударственной молодежной поли­тики. Если для той девушки изна­чальной была жизненная установка – где хорошо, там и родина, то по­лучается, что ее предыдущая дея­тельность, за которую она получи­ла орден, была сплошным притвор­ством и конъюнктурой. Но укорять ее как-то не хочется. Не исключе­но, что она просто повторила опыт отцов и дедов, которые также че­рез комсомол и партию выходили в люди, делали карьеру, зачастую притворяясь идейными.

Вопрос в феномене эдакого специфического молодежного казенного патриотизма, апогеем которого и стало движение «Наши»

Поэтому, как верно замечает на лайф.ру Илья Ухов, «дело вовсе не в Марии, которая в определен­ный период выбрала вполне себе коммерческую стезю, занявшись пиаром в сфере технологических компаний, переехав в Нью-Йорк и даже занявшись инвестировани­ем в перспективные технологиче­ские стартапы. Человек в нашем открытом мире в общем-то волен жить и работать там, где ему боль­ше хочется. Вопрос, скорее, в фе­номене эдакого специфического молодежного казенного патрио­тизма, апогеем и продуктом кото­рого и стало движение «Наши», из которого вышли все эти якименко, дроковы, «Хрюши против», «стоп­хамы» и «стопхарамы», – созда­ваемая площадка должна была по задумке авторов в свое время по­ставить заслон заразе, идущей от еще первого украинского Майда­на. В итоге вместо абсолютно по­нятных и совершенно адекватных целей локальной мобилизации бы­ла создана насквозь лживая, вну­тренне противоречивая и движи­мая только финансовыми и узко­корыстными интересами система фейковых «кадровых лифтов» для молодежи, где все бонусы получа­ла только верхушка, паразитиро­вавшая на страхе некоторых госу­дарственных чиновников упустить ситуацию в стране». Как подчерки­вает автор, воспитание истинного патриотизма – сложная и трудная задача. В первую очередь это ка­чественное профессиональное об­разование без перекоса в сторону естествознания, это и приведение нашего общества и экономики, в том числе на локальном уровне, к такому состоянию, которое пред­полагает выдвижение умных и та­лантливых молодых людей.

А еще, как нам видится, пока на­ши высокопоставленные чиновни­ки считают нормальным, когда их чада учатся в престижных зару­бежных вузах, ведут бизнес за ру­бежом, живут по сути на два дома, ожидать большей верности и от­ветственности за страну от простых граждан мы не вправе. Можем ли мы предположить, что Мария Дро­кова принимала решение без со­вета со своим отцом? Когда запись дочери о родной стране стала до­стоянием гласности, как среаги­ровал Александр Дроков? Была ли похожа эта реакция хоть в какой-то мере на знаменитую сцену из пове­сти Николая Гоголя «Тарас Бульба»? Давайте вспомним знаменитый ди­алог Янкеля и старого Бульбы:

«– И ты не убил тут же на ме­сте его, чертова сына? – вскрик­нул Бульба.

– За что же убить? Он перешел по доброй воле. Чем человек ви­новат? Там ему лучше, туда и пе­решел.

– И ты видел его в самое ли­цо?

– Ей-богу, в самое лицо! Такой славный вояка! Всех взрачней. Дай Бог ему здоровья, меня тот­час узнал; и когда я подошел к не­му, тотчас сказал.

– Что ж он сказал?

– Он сказал. прежде кивнул пальцем, а потом уже сказал: «Ян­кель!» А я: «Пан Андрий!» – говорю. «Янкель! скажи отцу, скажи брату, скажи козакам, скажи запорожцам, скажи всем, что отец – теперь не отец мне, брат – не брат, товарищ – не товарищ, и что я с ними бу­ду биться со всеми. Со всеми бу­ду биться!»

– Врешь, чертов Иуда! – закри­чал, вышед из себя, Тарас. – Врешь, собака! Ты и Христа распял, прокля­тый Богом человек! Я тебя убью, са­тана! Утекай отсюда, не то – тут же тебе и смерть!