Всё. Вот теперь Ростов-на-Дону точно готов к проведению чемпионата мира по футболу и к встрече с межгалактическим разумом.
Продолжается реконструкция самого знаменитого туалета Ростова на Газетном, 46.
Найдены входные двери
Туалет на Газетном — самый известный общественный туалет в Ростове-на-Дону, являющийся одной из достопримечательностей города. Расположен в двухъярусном подвале дома № 46 в Газетном переулке (угол Газетного переулка и Большой Садовой улицы).
Дом историки относят к середине XIX века. Строился он в несколько этапов: сначала был одноэтажным, а после двух реконструкций вырос до трех этажей. В начале ХХ века этот дом был доходным: здесь находился банк, магазины, жилые квартиры.
В начале XX века в тесных помещениях этого подвала располагалось кафе «Подвал поэтов», богемное заведение с миниатюрной сценой, облюбованное местными поэтами-ничевоками.
Организовал его ловкий литературный авантюрист Рюрик Рок, именовавший себя вождём “ничевоков”. Ему удалось раздобыть у Луначарского бумажку о том, что нарком просвещения сочувствует деятельности «Союза поэтов» и предлагает местным властям оказывать ему всяческое содействие. Умело используя эту “чудодейственную” бумажку, Рюрик Рок организовал литературное кафе в помещении некогда популярного ресторана-подвала, стены которого были теперь пестро расписаны “левыми” художниками."
15 августа 1920 года на сцене «Подвала поэтов» впервые в Ростове выступил «Председатель земного шара» поэт Велимир Хлебников. Чуть позже ростовский театр «Театральная мастерская» поставил там пьесу Хлебникова «Ошибка смерти» (реж. А. Надеждов. Это была первая театральная постановка в творческой биографии Хлебникова. Автор присутствовал на репетициях. На премьере подвал украшал большой портрет Хлебникова работы художника Мане Каца.
В период НЭПа за Газетным переулком укрепилась слава района «красных фонарей», где предприимчивые граждане сдавали свои комнаты проституткам целыми кварталами. После 1926 года всех проституток отловили и сослали на Соловки.
Во время оккупации Ростова-на-Дону немецкими войсками (1942—1943) в этом подвале расположилось казино, в котором немцы «играли в карты, пили, приводили женщин». Этот факт подтверждается воспоминаниями ростовчанина Ш. Чагаева. В апреле 1945 года в данном помещении уже функционировал общественный туалет. Это был единственный общественный туалет города, лежавшего в развалинах после освобождения от немецкой оккупации. Посетив его 21 апреля 1945 года, Клементина Черчилль была удивлена царившей там чистотой и сделала комплимент Ростову-на-Дону.
С началом перестройки первый кооперативный туалет в городе был организован в туалете на Газетном. 19 сентября 1988 года в помещении кооперативного туалета «Прогресс» — бывшем «Подвале поэтов» — была проведена выставка «Провинциальный авангард» ростовского товарищества «Искусство или смерть» под руководством Авдея Тер-Оганьяна. В планы товарищества входило открытие в туалете «Прогресс» постоянно действующего культурного Центра. Билет в туалет — он же, соответственно, и на выставку — стоил 10 копеек. Экспозиция размещалась в двух залах — «Голубом» (мужское отделение) и «Розовом» (женское отделение). Выставка вызвала скандал и была вскоре закрыта под предлогом отсутствия воды в туалете. При этом разгромные рецензии на выставку были опубликованы всеми ростовскими газетами, а также — «Литературной газетой». Успели отметиться даже телевизионщики, включая «Дон-ТР» и столичную телепрограмму «Взгляд». А газета «Вечерний Ростов» даже попеняла Кировскому райисполкому за отсутствие должного контроля над деятельностью кооперативного туалета.
10 января 2010 года в мужском отделении общественного туалета на Газетном художники Наталья Дурицкая и Сергей Сапожников провели акцию «Здесь был Вова». Сыграв на абсурдном контрасте высокого (музейные таблички) и низкого (граффити «Здесь был…»), Дурицкая и Сапожников напомнили посетителям общественного туалета о многих выдающихся обитателях этого подвала. Выставка-документация акции «Здесь был Вова» состоялась в ростовской галерее «Вата» 20 мая 2010 года в рамках программы первой Южно-российской биеннале современного искусства. В июле 2010 года режиссёр Руфат Гасанов снял в Ростове-на-Дону и Таганроге документальный фильм «O, Sortie!» (рабочее название — «Подвал поэтов»), главным героем которого стал Туалет на Газетном. Этот фильм был признан жюри одним из самых оригинальных в конкурсной программе Международной летней киношколы ВГИКа.
До осени 2010 года в помещении подвала — по соседству с баром «На Газетном» — продолжал работать общественный платный туалет. Стоимость посещения ставшего легендарным туалета — 10 рублей. Поскольку вход в бар «На Газетном» расположен между входами в женское и мужское отделения туалета, завсегдатаи в шутку называют этот бар «Межтуалетьем».
В январе 2012 года было объявлено, что городские власти намерены установить на доме, в котором находится туалет, мемориальную доску в честь пребывавшего некогда в «Подвале поэтов» Велимира Хлебникова.
В декабре 2014 года руководитель Ростовского регионального отделения Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры Александр Кожин направил письмо в администрацию Ростова-на-Дону с просьбой организовать в подвале выставочную площадку. По его мнению, это место могло бы снова стать частью культурного пространства города.
С 2015 года к наглухо забитым дверям Туалета на Газетном гиды стали подводить группы экскурсантов, рассказывая о Туалете как о ростовской достопримечательности.
В октябре 2015 года градоначальник Ростова-на-Дону Сергей Горбань в ходе встречи с предпринимателями города отметил, что из Туалета на Газетном можно было бы сделать хорошее литературное кафе. Проект по превращению туалета в литературное кафе вошло в план городских властей по подготовке Ростова к матчам чемпионата мира по футболу в 2018 году.
В апреле 2016 года редакция ростовского интернет-портала выступила с оригинальной инициативой — разместить изображение Туалета на Газетном на готовящейся к выпуску 200-рублевой купюре ЦБ РФ. «В туалете есть ещё две достопримечательности, кроме ТВ, авангарда и весёлой публики. Рабочий туалета в казачьей форме и защитного цвета фуражке, какие в станичных магазинах ещё продаются, суетится, что-то подметает, вытирает, бормочет. Причём это, кажется, у него не имидж, а образ жизни. Я видел его не раз в городе, в этом же наряде, с мелиховскими усами и чубом. В самом же туалете есть потайная дверца в каморку, где вот уже лет 30 живёт старик. Эх! Би-Бомж! Живёт себе человек и рад углу, хоть и с унитазом рядом» — В. Посиделов, «Ура Бум-Бум!», 1988.
В 2010 году Туалет на Газетном фигурировал в одном из вопросов интернет-версии игры «Что? Где? Когда?» — «В начале прошлого века избранный на самую высокую должность Земного шара присутствовал на премьере своей пьесы в подвале, превратившемся к концу века в НЕГО. В 70-х годах прошлого века другой упомянул ЕГО, как свидетельство проникновения русских людей в любой уголок Земного шара. Я не прошу вас назвать ЕГО, назовите этих двоих».
Что же сегодня, в начале 2017 года, происходит в некогда богемном кафе «Подвал поэтов», и в первом кооперативном туалете Ростова «Прогресс», куда в разные времена и с разными целями захаживали Велимир Хлебников и Клементина Черчилль?
Не так давно состоялись торги, в ходе которых муниципалитет избавился от этого помещения, требующего капитального ремонта с немалым вложением средств. В торгах участвовал наш столичный земляк, телеведущий Дмитрий Дибров, предложивший за это помещение порядка четырех с половиной миллионов рублей. Однако эта сумма была перекрыта предложением другого ростовчанина, знатока и ценителя истории, хорошо известного в кругах городской общественности. Помещение бывшего туалета досталось ему, а Диброву пришлось отступить. Сейчас в помещении начинается ремонт. Пока что он на стадии расчистки от накопившегося мусора, которого уже вывезено несколько самосвалов. Но уже есть интересные открытия.
Писсуары в мужском отделении сохранились, но большая часть разбита. Владелец помещения подумывает, чтобы сохранить несколько писсуаров в виде некоего мемориального знака, замуровав их в стену, как напоминание о том, что несколько поколений ростовчан здесь справляли надобности - вначале духовно-поэтические, а затем чисто физические.
На нижнем снимке: мумифицировавшаяся крыса, найденная под писсуарами.
В заключение ответ на самый популярный вопрос: что будет в обновленном Туалете на Газетном?
Общественного туалета здесь точно не будет. По замыслу нынешнего владельца помещения, здесь разместятся арт-галерея современного искусства и магазин, где будут продаваться сувениры, а также антиквариат. Опять туалет на Газетном обретает новый формат.
А откуда информация?
На первом фото Рома Жуков Руки Вверх на гастролях?!)
Музей истории города Ростова-на-Дону – историк Сергей Гордиенко о создании нового музея в Ростове
Как создаётся музей истории города Ростова-на-Дону, и какие проблемы были и остаются на этом пути? По какому принципу формируется экспозиция нового музея? Войдут ли в неё экспонаты закрытого ростовского музея космонавтики? Как передать вещи в экспозицию нового музея? Об этом и многом другом рассказывает Сергей Гордиенко, историк, директор музея истории города Ростова-на-Дону.
Битва за Кавказ 8
24 июля завершилась первая фаза сражения на Дону — Воронежско-Ворошиловградская операция. Ростов был захвачен, немецкие войска переправлялись через Дон, создавая плацдармы. Советские войска 25-26 июля пытались их сбросить в Дон, но силы явно были не равны. Начинается собственно Битва за Кавказ. Она продолжалась свыше 14 месяцев, с 25 июля 1942 года по 9 октября 1943 года. По характеру действий советских войск она делится на два периода. Первый из них составляет Северо-Кавказская оборонительная операция 1942 года, которая проводилась с 25 июля по 31 декабря.
карта 27 июня 1942
С захватом Батайска немцы выходили на оперативный простор степей Предкавказья, при этом они имели подавляющее преимущество в танках, артиллерии и авиации - это при том, что часть сил в лице 4 ТА они перебрасывали на Сталинград, а часть войск выводили в Европу или перебрасывали под Ленинград.
Тут небольшое отступление. Еще 23 июля фюрер вызвал к себе генерал-полковника Франца Гальдера, командующего сухопутными войсками Вермахта. Гитлер ужасно страдал от жары, а новости с фронта не содействовали улучшению его настроения. Немецкие войска шли от победы к победе, русские бежали, но, как ни странно, ожидаемого широкомасштабного уничтожения вражеских войск между Северским Донцом и Доном, севернее Ростова. Под Старым Осколом, или под Миллеровом не произошло. По всей видимости, не ожидалось его и в случае с Ростовом. Почему? В чем причина?
– Русские систематически уклоняются от боевых столкновений, мой фюрер, - пояснил Гальдер.
– Ерунда! - бесцеремонно оборвал его Гитлер. - Русским уже конец. Они бегут. Они не в состоянии оправиться от ударов, которые мы нанесли им в последние месяцы.
Гальдер, сохраняя спокойствие, указал на лежавшую на большом столе карту и возразил:
– Мой фюрер, мы не смогли поймать в западню главные силы войск Тимошенко и Малиновского. Наши охватные операции под Старым Осколом и Миллеровом закончились ничем. Тимошенко отвел ядро своей группы армий, а также почти все тяжелое снаряжение через Дон на восток, в район Сталинграда, Малиновский на юг, на Кавказ. Мы понятия не имеем, какие у них там резервы.
– Опять вы с вашими резервами! Я вам говорю, я, мы упустили бегущие армии Тимошенко в районе Старого Оскола и потом в Миллерово потому, что фон Бок слишком долго топтался под Воронежем. Мы опоздали перехватить южную группировку севернее Ростова, когда она удирала в панике, просто потому, что слишком поздно повернули наши подвижные войска на юг, и потому, что 17-я армия Руоффа начала теснить их фронтом на восток слишком рано. Но я не потерплю, чтобы это вновь произошло. Мы не должны оставлять наши подвижные войска в районе Ростова. Должны задействовать 17-ю армию, а также 1-ю танковую и 4-ю танковую армии для того, чтобы зажать русских к югу от Ростова, на подступах к Кавказу, окружить их и уничтожить. Одновременно надо, чтобы 6-я армия Паулюса нанесла последний удар по остаткам русских войск, которые сумели бежать к Волге, в район Сталинграда. Ни на одном из этих жизненно важных фронтов противнику нельзя давать ни минуты передышки. Но главная роль должна быть отведена группе армий "A" и ее наступлению на Кавказ.
Гальдер предостерегал Гитлера, что при наступлении на Сталинград, северный фланг 6-й армии Паулюса опасно выступает в верховьях Дона. Гитлер же считал, что три армии сателлитов: 2-я венгерская (южнее Воронежа), 8-я итальянская (юго-восточнее Воронежа) и 3-я румынская (на Дону, западнее Сталинграда), – являются достаточным прикрытием войск генерала Паулюса, наступавших на Сталинград. Когда же Гальдер выразил свой протест, заявив, что эти иностранные войска ни за что не выдержат контрнаступления Красной Армии, Гитлер подскочил к нему, по словам генерала, “с пеной на губах и сжатыми кулаками”, вопя, что он запрещает подобную “идиотскую болтовню”. «Русские мертвы, мертвы! Вы поняли?» – орал он. Напрасно Гальдер, начальник Генерального штаба сухопутных войск Вермахта, пытался переубедить фюрера. Он уговаривал Гитлера не разделять сил и не наносить удара по Кавказу раньше, чем будет покончено со Сталинградом и немецкие тыл и фланг на Дону, а также между Доном и Волгой не будут надежно обеспечены.
Гитлер пребывал в уверенности, что победа уже у него в кармане и что Красная Армия решительным образом разгромлена. А свою уверенность фюрер в очередной раз продемонстрировал решениями.Он перебросил главные силы 11-й армии генерал-фельдмаршала фон Манштейна (пять дивизий) из Крыма, где они ожидали приказа принять участие в завоевании Кавказа, десантом через Керченский пролив в Тамань. Они была переброшены к Ленинграду, с целью, наконец взять эту давно уже бесившую Гитлера крепость. Но и это еще не все. Гитлер снял с Восточного фронта мотопехотную дивизию СС "Лейбштандарт" и отправил ее во Францию на отдых и переформирование в танковую дивизию. Вскоре после этого с Южного фронта предстояло снять также и еще одну из лучших ударных частей - моторизованную дивизию "Великая Германия". Гитлер распорядился, чтобы как только немецкие войска выйдут к Манычской плотине, эту дивизию перебросили с передовой в глубокий тыл - во Францию, где она должна была оставаться в распоряжении Верховного командования. Решение отчасти принималось ввиду нехватки горючего на Южном фронте. Но главная причина заключалась в том, что по сведениям, которые Гитлер считал достоверными, вскоре ожидалось вторжение союзников в Западную Европу (Дезинформация антигитлеровской коалиции об открытии второго фронта).
25 июля командующий Северо-Кавказским фронтом С.М. Буденный отправляет докладную Сталину. В ней опытный полководец, не понаслышке знакомый как с регионом, так и со сложившейся ситуацией в войсках, делает прогноз что в степях удержаться не получится. Советские войска были измотаны и обескровлены, много артиллерии потеряли в боях, а еще больше – при переправе через Дон. В танковых частях были уничтожены почти все тяжелые и средние танки, осталось только 70 штук легких на весь Южный фронт. Авиации было мало.
Поэтому Буденный предложил Ставке Верховного Главнокомандования продолжить отступление на юг в надежде закрепиться на рубеже реки Кубани и получать подкрепления из Закавказья. Если же на Кубани удержаться не удастся – отступать на рубежи Главного Кавказского хребта и реки Терек. Отступавшие части должны были сдерживать немцев в арьергардных боях, чтобы дать возможность войскам Закавказского фронта подготовить оборонительные позиции и резервы для переформирования и перевооружения отступающих дивизий.
Тут как раз вступает в дело ленд-лиз. Несмотря на то, что союзники, как обычно, при первых же признаках проблем в СССР начали резко снижать поставки, в Закавказье через Иран шел поток военной техники, в том числе танков – а это очень важная штука, танки помимо очевидных задач в случае потери артиллерии становились ее заменой. Также ленд-лизом шло много самолетов, что было ОЧЕНЬ важно в условиях подавляющего преимущества немцев в воздухе. При этом нельзя сказать, что советские дивизии были полностью перевооружены английским и американским вооружением – через Среднюю Азию и далее через Каспий шло советское вооружение, так что даже танки и самоходки у красноармейцев в 1943 были в основном советские, но ленд-лизовских тоже хватало.
Ну и сам рельеф местности предполагал такую схему обороны. Дело в том что «Кавказ» - довольно своеобразный регион. Собственно, «Кавказом» называется большая территория, площадью более 400 тыс кв. км. Она делится на Малый Кавказ – это территорию делят между собой Турция, Армения и Грузия и Большой Кавказ. Большой Кавказ по Главному Кавказскому хребту (ГКХ) делят на Северный Кавказ и Закавказье. ГКХ, он же Водораздельный хребет – это здоровенная горная стена длиной около 1500 км. Он идет примерно с северо-запада (Анапа) на юго-восток (Дербент). Это действительно стена, через него практически нет дорог. Только 3 на территории Краснодарского края, где горы пониже – с Тамани на Анапу, с Крымска на Новороссийск и с Майкопа на Туапсе. Самой популярной сегодня трассы через Горячий Ключ на Джубгу тогда еще не существовало. Была еще заброшенная Военно-Сухумская дорога. И еще пара на территории Северной Осетии – действующая Военно-Грузинская от Владикавказа и заброшенная Военно-Осетинская от Алагира на Кутаиси.
Северный Кавказ своеобразно устроен, это идущие севернее параллельно ГКХ еще 3-4 хребта, сквозь которые проходят реки, берущие начало на ГКХ. Закавказье в этом плане попроще – от ГКХ на юг отходят почти перпендикулярные хребты, спускающиеся к грузинским низменностям.
Кроме того, Северный Кавказ с запада на восток делится еще на несколько частей. Обычно выделяют Западный Кавказ (от Анапы до Эльбруса), Центральный Кавказ (от Эльбруса до Казбека) и Восточный Кавказ (от Казбека до Дербента).
Севернее лежит Предкавказская равнина, еще севернее переходит Ставропольскую возвышенность – здоровенное плато, которое плохо подходило для действий танков, так как много долин с крутыми склонами. Ну и еще севернее все это переходило в Калмыцкие степи, где воевать тогдашней техникой было очень тяжело.
Т.е. ГКХ – это стена, оседлав которую можно оборонятся, которая обнуляет преимущества танковых и мехкорпусов немцев. Ну и Терек – самая большая кавказская река, с которой может соперничать только Кубань. Но Кубань, натыкаясь на Ставропольскую возвышенность, уходит на запад, а Терек идет на восток, к Каспию. Кроме того, когда Терек выходит на равнину – это уже довольно полноводная по кавказским меркам река, на правом берегу которой стоит цепь Змейско-Сунженского хребта, этакая каменная стена с глубоким рвом. Вот опираясь на эту природную фортификацию Буденный и предлагал строить оборону.
Кроме того, в данном случае на стороне СССР начинали играть и другие стратегические факторы. Фашистская армия понемногу таяла – помимо боевых потерь частям чем дальше, тем больше приходилось расходиться в стороны. Сначала они разделились на группу армий «А» и «Б», затем, после Ростова, уже группе «А» пришлось разделятся по основным направлениям – на Грозный, Новороссийск, от основной массы отделялись горнострелковые дивизии, пытающиеся прорваться через ГКХ. Кроме того, отдельные механизированные отряды действовали в степях по направлению к Астрахани, также нужно было оставлять гарнизоны в оккупированных населенных пунктах.
В самый разгар боевых действий они велись на фронте шириной около 1000 км. Это конечно ослабляло и советские части, но Красная Армия могла рассчитывать на пополнение – был Закавказский фронт, было несколько резервных армий которые подходили к Сталинграду. Ну и местные жители массово вступали в армию, ополчение или партизанские отряды. Хотя с партизанами там сложно довольно. Часть народа пошли на службу к немцам, но их было немного. Восстаний против СССР, на которые так надеялись немцы, никто поднимать и не подумал.
Также у немцев чем дальше, тем больше возникали логистические проблемы. Даже протащить части через Ростов в июле-августе было непросто – на уцелевших мостах и переправах все было забито, график прохода части утверждался чуть ли не за месяц, и его могли сдвинуть в пользу более нужных частей. Некоторые румынские части просидели в Ростове несколько месяцев, потому что их график постоянно сдвигали.
Были большие проблемы ы снабжении немецких частей. Ведь наступающая дивизия — это не только солдатики, танчики и веселое пиф-паф – это еще и пару эшелонов снабжения в неделю. А обе группировки висели на довольно тонкой линии снабжения – железнодорожной линии через Таганрог на Ростов. Ее бомбили, на ней резвились партизаны, и уже в июле некоторым танковым частям приходилось останавливаться на несколько дней – заканчивалось горючее.
железные дороги СССР-1941
железные дороги СССР-1960
Итак, у немцев с 25 июля начинается немецкая операция «Эдельвейс». Группа армий «А» делится на 3 части:
1) 1-я танковая армия должна была нанести удар в юго-восточном направлении, овладеть районом Грозного, выйти на побережье Каспийского моря и овладеть Баку;
2) 17-й армии была поставлена задача начать наступление на Новороссийск и далее вдоль побережья Черного моря на Батуми. 42-й армейский корпус 11-й армии должен был форсировать Керченский пролив и, обеспечив правый фланг 17-й армии, занять Таманский полуостров;
3) 49-й горнострелковый корпус предназначался для нанесения ударов через перевалы Главного Кавказского хребта с выходом в район Сухуми и Кутаиси.
Кроме того, позади основной группировки двигались особые части. Например, корпус нефтянников. Еще была довольно любопытная часть под названием Арабский легион, он же Корпус особого назначения «Ф».История этой части уходит в 1942 год. Еще в мае 1941 года был создан Особый штаб «Ф», во главе которого встал генерал люфтваффе Гельмут Фельми (1885-1965) — опытный офицер, с 1903 года служивший в прусской армии. В 3 Рейхе Фельми считался экспертом по Востоку, ведь он длительное время служил военным инструктором в Турции и в Африке, имел авторитет признанного специалиста по восточной политике и еще в 1940 году побывал со специальной военной миссией в Ираке. Особый штаб «Ф» старались комплектовать офицерами, имевшими реальное представление о ближневосточных и африканских народах, о политической ситуации в этих регионах. Некоторые из офицеров даже были профессиональными востоковедами, но в основном костяк штаба составили военные разведчики.
На штаб Фельми были возложены задачи по руководству разведывательно-диверсионной и подрывной деятельностью на Ближнем Востоке и на Кавказе. Разжигание антибританских настроений на Ближнем Востоке и в Северной Африке рассматривалось как неотъемлемый компонент обеспечения вторжения гитлеровских войск в регион и начала войны с британскими войсками.
В непосредственном подчинении Особого штаба «Ф» было создано «соединение 288», которое должно было отвечать за действия на Ближнем и Среднем Востоке. Уже в июле 1941 года было создано первое учебное подразделение, укомплектованное сирийскими и палестинскими арабами, учившимися в германских вузах. В Турцию были переправлены более 300 арабов — участников различных националистических групп, которым обещали немецкое гражданство и возможность обучения в Германии. Особый штаб установил контакты со сторонниками известного арабского религиозно-политического деятеля муфтия аль-Хусейни, который придерживался радикальных антибританских взглядов. В Германию прибыл и сирийский майор Фаузи Каукджи, также являвшийся сторонником антибританских действий на Ближнем Востоке.
28 ноября 1941 года в Берлине произошла исторически важная встреча фюрера Адольфа Гитлера с великим муфтием Палестины аль-Хусейни. Муфтий предложил Гитлеру интересный проект — создание «Арабского легиона» как крупного вооруженного соединения в составе вермахта, для участия в боевых действиях против британских войск на Ближнем Востоке и в Северной Африке. Комплектование Арабского легиона муфтий предложил осуществлять за счет четырех главных кадровых источников: во-первых, в его состав должны были войти палестинские арабы, служившие в британских войсках и попавшие в германский плен на Ближнем Востоке, во-вторых — сирийские и иракские офицеры, в-третьих — военнопленные из состава колониальных частей французской армии, комплектовавшихся алжирцами, марокканцами, тунисцами и выходцами из Западной Африки, в-четвертых — арабов, проживавших во Франции и Марокко. Но германское командование настороженно восприняло идею привлечения североафриканских арабов, поскольку считало их ненадежными и малопригодными для военной службы. Было решено остановиться на идее комплектования Арабского легиона сирийцами, иракцами и палестинцами.
4 января 1942 года состоялась встреча руководителя Особого штаба «Ф» Гельмута Фельми с муфтием аль-Хусейни и иракским политиком Рашидом аль-Гайлани, которые согласились лично заняться комплектованием Арабского легиона. Гайлани планировал привести под знамена гитлеровцев почти весь личный состав иракской армии. Кроме того, не исключалась и возможность выступления на стороне вермахта арабских бедуинских племен.
Первоначально планировалось сделать Арабский легион учебным подразделением, позволяющим подготовить из сирийских, иракских и палестинских арабов не менее 100 лейтенантов и унтер-офицеров. Первая волна рекрутов, после прохождения курса подготовки, должна была сама заняться обучением следующих 500-1000 новобранцев. Подготовленные в Арабском легионе младшие офицеры и унтер-офицеры рассматривались как основа командного состава для дальнейшего формирования вооруженных соединений и частей, укомплектованных арабами.
5 августа 1942 года из лагеря в Греции Арабский легион начали передислоцировать в Болгарию, а затем в Румынию. На базе Особого штаба «Ф» было решено развернуть Корпус особого назначения «Ф», в состав которого должен был войти Арабский легион. Корпус предполагалось использовать в качестве резерва штаба группы армий «А» в городе Сталино (Донецк). Захватив Кавказ, корпус должен был соединиться на Ближнем Востоке с германскими и итальянскими войсками, перед которыми ставились задачи по захвату зоны Суэцкого канала. К 3 октября 1942 года была завершена переброска частей корпуса «Ф» в Сталино.
Корпус «Ф» представлял собой уникальное соединение, включавшее части и подразделения самых разных родов войск и способное действовать практически самостоятельно. В состав корпуса входили следующие подразделения: 3 моторизованных батальона по 1000 солдат и офицеров в каждом (1-й и 2-й батальоны были укомплектованы солдатами и офицерами вермахта, 3-й батальон — иракцами, сирийцами, палестинцами и североафриканцами), отдельный танковый батальон (25 танков), авиационный отряд (25 самолетов), рота связи, саперная рота, минометная рота, разведывательный бронированный отряд, кавалерийский эскадрон, артиллерийский дивизион 4-х батарейного состава, батарея 105-мм штурмовых орудий, тяжелый зенитный артиллерийский дивизион 3-х батарейного состава, легкий зенитный артиллерийский дивизион, подразделения обслуживания и обеспечения штаба и даже метеорологический взвод. Кроме того, корпус располагал дополнительным вооружением, которым предполагалось вооружить подразделения, сформированные из перебежчиков британских и французских войск. Численность корпуса составляла 6 тысяч человек, однако затем ему были приданы дополнительные силы, включая кавалерийский полк и танковые батальоны.
Однако, в октябре 1942 года войска группы армий «А» понесли значительные потери в боях с Красной Армией. В связи с этим было принято решение бросить им на помощь свежие части из резерва, в том числе и корпус «Фельми». Первый бой сил корпуса с Красной Армией произошел 15 октября 1942 года севернее Ачикулака. Здесь частям корпуса предстояло сразиться с кавалерийскими частями 4-го гвардейского Кубанского казачьего кавалерийского корпуса. Командование Закавказского фронта направило части 4-го гвардейского Кубанского казачьего кавалерийского корпуса под командованием генерал-лейтенанта Н.Я. Кириченко в степной район для прикрытия Кизлярско-Астраханской железной дороги. Марш корпуса начался по Ногайской степи — от Терекли-Мектеб и далее в сторону Ачикулака. Кавалерия двигалась под прикрытием советской авиации. Однако, 10-12 октября части 4-го корпуса были атакованы гитлеровскими танками 1-й танковой армии. Но оказать сопротивление Красной Армии гитлеровцы не смогли — кубанские казаки разгромили подразделения противника и взяли несколько населенных пунктов.
Здесь следует отметить, что казаки-кавалеристы 4-го гвардейского Кубанского казачьего кавалерийского корпуса, и присоединившегося к нему 5-го гвардейского кавалерийского корпуса под командованием генерал-майора А.Г. Селиванова показали себя в высшей степени хорошо. Они полностью «поломали» все планы гитлеровского командования. Генерал Гельмут Фельми рассчитывал, что уничтожение силами авиации железнодорожных путей лишит казаков подвоза продовольствия, в результате чего они будут вынуждены отступить. Но Фельми ошибался. Соединение генерала Кириченко смогли отбросить противника и выйти вперед. В этих боях прекрасно показали себя также 10-й гвардейский стрелковый корпус генерал-майора В.В. Глаголева, 5-й гвардейский Донской казачий кавалерийский корпус генерал-майора А.Г. Селиванова. Хотя действия корпуса «Ф» поддерживали приданные танковые, моторизованные и кавалерийские подразделения вермахта, эта часть германской армии, считавшаяся элитной, так и не смогла оказать серьезного сопротивления наступавшим советским войскам. В результате боевых действий на этом участке фронта корпус «Ф» понес серьезнейшие потери и фактически был разгромлен наступавшими советскими войсками. Планы гитлеровского командования по использованию корпуса в дальнейшем продвижении на юг — в Закавказье и далее, на Ближний Восток, оказались полностью несостоятельными.
В январе 1943 года корпус был реорганизован — он снова стал называться Особым штабом «Ф», что свидетельствовало о провале идеи его использования в боевых действиях. Остатки корпуса в феврале 1943 года были на самолетах эвакуированы с территории Советского Союза в Северную Африку — в Тунис. Так бесславно закончилась эпопея «восточных воинов» Адольфа Гитлера на советской земле. Сотни военнослужащих корпуса оказались в советском плену. Что интересно, советские офицеры были очень удивлены пленным арабам. Прежде всего, с этими пленными было затруднено общение, так как многие арабы, особенно из рядового состава, несмотря на пройденные курсы немецкого языка, были не в состоянии объясняться с советскими военными переводчиками.
В конце концов, командир корпуса генерал Гельмут Фельми, к весне 1945 года воевавший на территории Югославии, сдался войскам союзников. его арестовали и на Нюрнбергском трибунале приговорили к 15 годам тюремного заключения. Затем срок наказания ему уменьшили до десяти лет, а в 1951 году он вышел на свободу. Скончался Гельмут Фельми в 1965 году в Дармштадте в возрасте восьмидесяти лет.
Получив две дивизии в качестве подкрепления, войска 18-й и 37-й армий попытались контрударом вернуть утраченные позиции. Контрнаступление завершилось провалом и еще больше осложнило положение Красной Армии на данном участке фронта.
Войска фельдмаршала Листа атаковали с ходу, без паузы. 1-я танковая армия и 40-й танковый корпус армии Гота наносили главный удар на Сальск, Ворошиловск (Ставрополь), а 17-я армия — на Краснодар.
27 июля оборона Южного фронта была взломана по всей полосе, сутки спустя немецкие подвижные соединения продвинулись на глубину до 80 км. Прорыв в район Сальска давал возможность танковой группировке Клейста выйти в тыл основным силам Малиновского, находившимся южнее Ростова. Осознав безнадежность ситуации, командующий Южным фронтом Малиновский 27 июля принял тяжкое и ответственное решение: Без разрешения Москвы отводить войска на рубеж рек Маныч и Кагальник, где к этому времени были возведены хоть какие-то инженерные сооружения.
В ночь на 28 июля наши войска начали отвод войск в район реки Кагальник и Манычского канала. К сожалению, организованное отступление не удалось. Немецкая авиация непрерывными авиаударами окончательно поломала оборонительные порядки наших армий, связь со многими частями была утрачена. Фактически, Южный фронт прекратил свое существование. Почти без сопротивления немецкие части начали форсирование Дона по всей полосе наступления.
Но могло быть и хуже. 28 июля одно из подразделений «Бранденбург-800», усиленного армянскими и азербайджанскими коллаборационистами из роты «Бергманн» (Горец), переодетые в форму военнослужащих НКВД, числом 49 человек прорвались и захватили плотину Веселовского водохранилища, предотвратив её подрыв, который мог сорвать переправу немецких войск через реку Маныч. Но в тот момент, когда немецкие диверсанты решили отдохнуть в одном из захваченных помещений охраны плотины, в дверь вошёл советский солдат, в упор расстрелявший «бранденбуржцев». И в тот момент, когда, по проложенному немецкими сапёрами понтонному мосту через Маныч начали переправляться танки моторизованной дивизии СС «Викинг», плотина взлетела на воздух. Имя героя до сих пор неизвестно, но подвиг, им совершённый, заслуживает того, чтобы навеки остаться в благодарной памяти потомков. Взрыв плотины Веселовского водохранилища и вырвавшиеся на простор огромные объёмы воды не позволили немцам выйти в оперативные тылы 12-й и 37-й армий, защищавших предгорья Северного Кавказа. Наступление немецких танков было остановлено на два дня, за которые армии смогли оторваться от немцев, отойти и окопаться на новых рубежах.
Для прикрытия отхода и противодействия подвижным немецким соединениям, боевым распоряжением № 0433/ОП штаба ЮФ 25.07.42 формируется Подвижная группа под командованием полковника Нестеренко в составе: 176 стрелковая дивизия на 600 автомашинах; почти все «Катюши» Южного фронта - 8, 43, 49 Гвардейские минометные полки, 14 отдельный Гвардейский минометный дивизион - с общим количеством около 60 установок; сводный танковый батальон - составе 20-25 танков типа БТ, Т-26 и Т-60; двух зенитных АД – МЗА. К утру 26 июля группа сосредоточивается в районе станиц Хомутовской и Злодейской.
Формирование группы только началось, а немцы прорвали стык Южного и Сталинградского фронтов и устремились на юг. Под угрозой оказались все тылы и даже штаб Южного фронта. Командующий фронтом приказал ПМГ попытаться остановить наступающих.
Моторизованные колонны врага двигались нагло и самоуверенно. За это и поплатились в боях на подступах к Мечетинской 29 июля.
Вот как рассказывал об этом сам Москвин: «Разведка донесла, что по дороге движется колонна танков и мотопехоты противника. Мы выбрали позицию у поворота дороги с таким расчетом, чтобы наши батареи могли одновременно вести огонь по всей вражеской колонне. Появились мотоциклисты, а за ними машины и танки. По сигналу все батареи открыли огонь. Батарейными залпами колонна была накрыта на всю ее глубину. Подбитые и дымящиеся машины остановились, на них с ходу налетали, словно слепые, танки, подминали их под себя и тоже загорались. Из облаков пыли и дыма выбегали уцелевшие фашисты. В дымящейся колонне врага вдруг произошло два мощных взрыва. Возможно, это взорвались цистерны с горючим или грузовики с боеприпасами. »
Несколько таких столкновений — и фашистам пришлось срочно менять тактику. Они оставили в тылу машины с горючим и боеприпасами. И стали действовать малыми группами — 15 — 20 танков, а за ними — столько же грузовиков с пехотой.
Вечером 29-го дивизион Москвина накрыл залпом одну из таких групп. Пять танков было уничтожено, остальные отступили.
30-го числа немцы продолжали атаки малыми группами, а главные надежды связали со своей авиацией. Но тут с лучшей стороны показали себя зенитчики ПМГ, сбившие один за другим два пикирующих бомбардировщика. И господствовавшая в небе немецкая авиация внезапно «скисла». В течение нескольких последующих дней они либо вообще не летали в зону действия ПМГ, либо разбрасывали бомбы с больших высот.
Видимо, с немецкими летчиками сыграл злую шутку синдром «последнего дня войны». Они считали себя полными победителями и не хотели умирать в самый канун победы. И зачем в таком случае летать туда, где стреляют зенитки? Ведь неподалеку полно беззащитных беженцев.
Не сумев сбить ПМГ с занимаемых позиций лобовой атакой, немцы перенесли усилия на ее фланги. У германского командования для этого было достаточно танков, чтобы создать много малых «групп охвата». Группе пришлось отойти южнее, удлинить фронт обороны. По инициативе Москвина Нестеренко противопоставил немецким малым группам свои малые группы: дивизион «катюш», батареи зенитной и противотанковой артиллерии и рота мотострелков.
Жестокие бои разгорелись 31 июля у поселка Целина. За день немцы провели пять крупных танковых атак на позиции ПМГ. И десятки наскоков мелкими группами.
Степь к югу становилась все более холмистой. И малые группы немецких танков пользовались этим. Накапливались в урочищах, ложной атакой вызывали залп «катюш». А пока гвардейцы перезаряжали установки (5 — 7 минут), танки делали бросок вперед.
Москвин решил использовать одну из «катюш» в качестве наблюдательной вышки. На поднятые на предельный уровень возвышения направляющие становился наблюдатель, определявший места сосредоточения немцев и корректировавший огонь. Нередко это делал сам Москвин.
«Катюши» отказались от ожидания немецких атак на позициях. Уже заряженные установки сами прятались в оврагах и балках, зарослях подсолнечника и кукурузы. При появлении немецких танков выскакивали им навстречу, давали залп в упор. И отходили на заранее заготовленные позиции.
В дневнике начальника германского Генштаба генерала Гальдера эти события охарактеризованы скупо, но четко. На протяжении пяти дней Гальдер пишет о «возросшем сопротивлении русских к югу от Ростова».
К первым числам августа стало ясно, что график наступления на Кубань и Кавказ безнадежно сорван. Еще несколько дней подобных боев — и из названия 1-й танковой армии немцев можно было бы смело убрать слово «танковая». Чтобы не дать своему наступлению окончательно захлебнуться, немцам пришлось предпринимать решительные меры. Из 4-й танковой армии противника был изъят 40-й танковый корпус. Он совершил глубокий рейд по Сальским степям и внезапно оказался в глубоком тылу ПМГ — на подступах к Армавиру и Ставрополю.
Осложнившаяся обстановка заставила командование СевероКавказского фронта разделить ПМГ. Одна часть группы была отправлена на армавирско-ставропольское направление. Другая прикрывала Краснодар и Майкоп. Так закончилась боевая биография уникального воинского соединения.