Человек с иглой Он забивал японских бандитов и звезд Голливуда, а теперь скрывается в трущобах

Существует определенная категория людей, знакомство с биографией которых оставляет впечатление, что это вымысел, фантазия, продукт чьего-то уж слишком богатого воображения. Татуировщик Джонатан Шоу именно из такого разряда. Он украшал кожу Кейт Мосс, Ди Ди Рамоуна, Мэрилина Мэнсона и других героев светской хроники. Но Шоу — больше, чем просто художник. Жизнь и приключения этого человека обросли легендами и стали достоянием богемного фольклора. Игги Поп называет его «антигероем нового времени». Джонни Депп как-то сказал о нем: «Джонатан — это Будда, писатель, шаман, безумец, пират, артист, сатана, мудрец и один из моих самых надежных друзей». И добавил: «Если вы не знаете, кто такой Джонатан Шоу, то вскоре узнаете». Пожалуй, время пришло.

Гость в дом

«Да ты проходи, проходи, не стой в дверях, — приветствует меня сияющая благородной пробой улыбка моего собеседника. — Извини, что все так сумбурно получилось. Я только недавно из Мексики приехал, сегодня лечу в Нью-Йорк на презентацию моей книги». На полу разбросаны сумки со свежими багажными тегами. «А ведь я бывал в ваших краях: Санкт-Петербург, Москва, Киев. Меня взяли с собой в турне ребята из группы Gogol Bordello. Должен признаться, мне очень понравилось, и, если будет возможность, обязательно вернусь». Цигано, как он себя называет, объехал весь мир не один раз. Потом он мне скажет: «Знаешь, за годы, проведенные в дороге, я усвоил одну истину: где бы мы ни скитались, самое увлекательное путешествие всегда находится внутри нас».

Я прекрасно понимал, с каким человеком мне придется встретиться. Поиски информации привели меня в темные барио Рио-де-Жанейро, города, который Джонатан считает своим вторым домом. Я побывал в «квартале красных фонарей» Вила Мимоза, где Шоу когда-то ухаживал за местными девицами; встретился с его друзьями байкерами из мотоклубов «Стервятники» и «Ангелы Ада»; разговаривал с татуировщиками из фавелы Борел и с пляжа Копакабаны и посетил церемонию синкретического афробразильского религиозного культа умбанда, последователем которого Шоу является. Если у меня оставались какие-либо сомнения насчет характера Шоу, их развеял его сайт, где он провозгласил себя «странствующим артистом-разбойником» и «философом борделей».

Джонни Депп и Джонатан Шоу

Фото: предоставлено Джонатаном Шоу

Джонатан одинаково комфортно себя чувствует в пентхаусе на Ипанеме среди сливок бразильской богемы и в грязном баре какой-нибудь забытой богом фавелы, общаясь с местными наркодилерами за тарелкой фейжоады. B Бразилии таких людей называют «маландро» — особый типаж, обладающий талантом в любой компании быть в доску своим и чуть ли не дьявольской способностью из любых обстоятельств извлекать для себя пользу, не всегда, правда, в рамках этики и закона.

Родился Шоу в 1954 году в Нью-Йорке в семье легендарного джазового кларнетиста и композитора Арти Шоу (настоящая фамилия Аршавский, дед по отцу был евреем из Одессы) и голливудской киноактрисы, femme fatale 50-х Дорис Даулинг. Джонатан — настоящая квинтэссенция мульткультурализма, в его жилах течет, помимо еврейской, также ирландская, австрийская и цыганская кровь. Когда ему исполнилось три года, он переехал с мамой в Лос-Анджелес и рос в материалистическом, окруженном гламуром микромире Беверли-Хиллс. Там он впервые увидел изнанку успеха и славы. «У меня не было ничего общего с ядовитыми идеалами, так называемой "американской мечты", — вспоминает Джонатан. — Половина моих родственников либо закончили жизнь самоубийством, либо сошли с ума, либо спились на почве депрессии. Я и сам навряд ли был бы сегодня живым, если бы не сбежал много лет назад. Дорога спасла мне жизнь».

Еще юношей он тусил с Джимом Мориссоном, общался с Китом Ричардсом, Джими Хендриксом и Фрэнком Заппой, бывал в гостях у печально известной «семьи Мэнсона». Поэт американского алкоголического пролетариата Чарльз Буковски съездил ему по зубам, а потом стал другом и наставником.

«Наше поколение называли детьми цветов, хотя вся эта так называемая "цветочная сила" была раздутой американскими СМИ белибердой. Я всегда подозревал, что эта пропаганда была направлена на то, чтобы дискредитировать нарастающее среди американцев недовольство правительственной политикой и оппозицию войне во Вьетнаме. Что может быть лучше для пропаганды, чем показать антивоенные протесты как капризное нытье избалованной молодежи с цветами, вплетенными в немытые волосы».

Странствующий рыцарь

Когда Шоу исполнилось 20 лет, он бежал из Америки и два года бродяжничал по Мексике. В Веракрузе он устроился помощником на мексиканское торговое судно и путешествовал по Центральной и Латинской Америке. В конце 1970-х Джонатан вернулся в Лос-Анджелес и стал учеником Боба Шоу, одного из пионеров и настоящей легенды первого поколения американских татуировщиков. «В 70-е наколки были частью подполья. И видеть их можно было исключительно на криминале, моряках, чернорабочих и на артистах из фрик-шоу. Тату не было достоянием светского общества и мейнстрима. Одним словом, не та карьера, которую желают своим детям родители». (Смеется.) Хороших татуировщиков в то время было совсем немного, они не делились своими секретами и редко кого брали в ученики. Я учился у одного из лучших».

После нескольких лет в подмастерьях Шоу перебрался в Нью-Йорк, работал в паре с Спайдером Веббом, а после открыл уже свою нелегальную студию Fun City Tattoo в грязном подвале на Бауэри рядом с Ист-Виллидж. В то время тату-салоны были запрещены в Нью-Йорке — запрет держался с 1961 по 1997 год. Впрочем, Джонатана это мало волновало, если закон становился на его пути, он, не задумываясь, обходил его.