СтильЛучшее, что случилось на Парижской неделе моды

ФЕВРАЛЬ И НАЧАЛО МАРТА — ГОРЯЧЕЕ ВРЕМЯ для модной индустрии: одна за другой идут главные мировые недели моды, где показывают коллекции будущей осени и зимы 2016 года. Мы уже рассказывали о самых интересных показах и моментах недель в Милане, Нью-Йорке и Лондоне. Теперь пришло время вспомнить лучшее, что случилось в Париже, где проходят ключевые для индустрии моды показы. Рассказываем, что действительно выдающегося произошло и как это может на нас повлиять.

Каждый сезон показ Chanel вызывает больше всего спекуляций: шоу традиционно проводят в экстравагантных декорациях, но в каких на этот раз — редакторам моды, байерам и клиентам остается только догадываться. В прошлом сезоне Grand Palais перестроили в бульвар Chanel, а показ проходил в формате феминистского митинга. На этот раз Grand Palais превратили в парижскую брассери, и эти декорации как нельзя лучше подошли к новой осенне-зимней коллекции в ретростилистике.

Кроме знаковых для дома моды вещей из твида, Карл Лагерфельд показал куртки, тренчи и сумки с объемными 3D-элементами, юбки макси, перфорированные жакеты и многослойные блузы. Появились на показе и брюки клеш, бархат и чокеры. Внимания заслуживают сумки в виде жакета Chanel (очевидный кивок в сторону Moschino), а также трикотаж с вместительными карманами. Примечательно, что в шоу было представлено и несколько мужских образов, что в этом сезоне стало частым явлением. Например, мужчины-модели появились на шоу Rodarte в Нью-Йорке и Gucci в Милане, не говоря о впечатляющем выходе Бена Стиллера и Оуэна Уилсона на парижском показе Valentino.

«Гальяно захватил дом» — так звучали заголовки статей о новой коллекции. И правда, этим шоу Джон Гальяно дал понять, кто теперь окончательно и бесповоротно правит бал в Maison Margiela (из названия дома моды, как мы помним, выкинули имя его основателя «Martin»). Вероятно, сыграло роль и то, что первую кутюрную коллекцию Джона для MM большинство мировых критиков приняло радушно и это прибавило дизайнеру уверенности в себе. Так, во второй женской коллекции — prêt-à-porter — мы увидели много Гальяно и крайне мало Margiela. Тут были и почти клоунский неоновый макияж работы Пэт Макграт, и общая театральность подачи.

От прежнего Margiela остались в наследство разве что ворсистая обувь, выворотные швы, перчатки, напоминающие хозяйственные, специфическая отделка, эксперименты с вязкой и деконструированные ткани. Но в компании с ними появились бархат, элементы формы милитари, викторианские рукава, пайетки, леопард и змеиная кожа, воланы — по сути, всё то, из чего наполовину состоят тенденции будущего сезона, поэтому Гальяно повезло.

Последнее, чем запомнился показ, — тем, как зал бурно хлопал Гальяно в надежде, что он выйдет в финале шоу. Однако, как и в былые времена анонимности дома, на поклон никто не вышел. Забавно, что пока Гальяно занят на новом месте работы, его именной маркой занимается Билл Гэйттен. И надо сказать, John Galliano не в лучших руках: новая коллекция совсем не удалась.

Мы живем в эпоху, где моду двигает образ, за которым в свою очередь стоит умелый стайлинг. Блестящий стилист сумеет прогрессивно подать даже самую посредственную одежду. Самое яркое доказательство — феномен Эди Слимана в Saint Laurent: он в первую очередь сильный стилист, а не дизайнер. По его же пути идет новый креативный директор Gucci Алессандро Микеле, и, похоже, итальянский дом ждет успех и скорый рост продаж.

Рикардо Тиши решил запрыгнуть в тот же поезд, скрасив показ традиционных для дома сексуальных и вечерних платьев стайлингом, словно позаимствованным с концертов FKA twigs. Да, этот прием далеко не новаторский, из прошлого года, но на Парижской неделе моды он вызвал резонанс. Так, визажист Пэт Макграт и ее команда украсили лица моделей камнями, массивными серьгами и украшениями в нос. Тиши говорит, что позаимствовал идею у мексиканских чола, но на самом-то деле она появилась гораздо раньше. Не обошлось без косичек и мокрых прядей, обрамлявших кольцами лица моделей. Теперь излюбленный стиль хэлс-готов рванет в массы пулей, наверняка к глубокому недовольству субкультуры.

Еще один пример победы современных стилистов — показ Louis Vuitton, за которым стоит талантливая редактор W Magazine Мари-Амели Сове, помощница Николя Гескьера со времени его работы в Balenciaga. Коллекцию респектабельного дома представляли девушки с розовыми волосами, растрепанными челками, афроприческами, кучерявые, рыжие, блондинки, брюнетки, бритые под ноль, с короткими и длинными волосами. Вряд ли бы шоу вышло столь эффектным, если бы не смелый подход к кастингу. Сама коллекция Louis Vuitton получилась крайне простой и носибельной: шубы, мини-юбки, остроносая обувь, лыжные кофты, твид и его имитация, разноцветные костюмы, броши, очки-авиаторы, а также сумки в виде коробок.

Новая коллекция Рафа Симонса для Christian Dior стала наиболее коммерческой за всё время его работы в доме. Первые образы были чертовски просты: маленькое черное платье, свитер и короткая юбка, пиджак и водолазка. Так, Раф в очередной раз обозначил генеральную идею всех показов на неделях моды — носибельность. Второй важный момент мы видели еще в фильме «Диор и я», недавно вышедшем на экраны: для Рафа важно делать и кутюр носибельным, а в prêt-à-porter продолжать и даже воссоздавать эти идеи высокой моды. Так, весенняя кутюрная коллекция была посвящена Дэвиду Боуи и психоделии 70-х, и в новой коллекции prêt-à-porter Раф продолжил работать с теми же темами, идеями и силуэтами.

Раф также наглядно показал, как сегодня выглядит новая сексуальность — одновременно скромно и смело. Латексные бортфорты соседствовали с лаконичными платьями, психоделичные трико в обтяг — с лаконичными пальто пастельных цветов, юбки с вырезами — со скромными рубашками. Кроме того, Раф затронул тему ретрофутуризма, показав вещи вроде бы классического кроя, но сшитые из сетки, покрытой глянцевым пластиком.

Миланский показ Prada позволил говорить о возвращении ретрофутуризма, который явно станет одной из ключевых тенденций этого и следующего года. В Париже в этой стилистике работали Раф Симонс и Николя Гескьер. Однако ярче всех его трактовал Александр Вэнг. С одной стороны, многие силуэты в его коллекции, от пальто-баллонов до платьев-бочек, были заимствованы прямиком из архивов дома Balenciaga 50-х годов. С другой — подача и материалы (металлические кольца, красный твид) сделали вещи современными и актуальными.

На этом показе стайлинг тоже сыграл свою роль: классические женственные вещи из твида и шерсти комбинировали с грубыми ботинками на плоском ходу и массивными жемчужными серьгами-каффами. Внимание привлекали и авангардные детали: лодочки декорированы мехом, воротники выполнены в виде ремней, пальто и юбки украшают броши в виде сабель, а на сумки и одежду словно нанесли краску из баллончика. Главным моментом стало появление на подиуме Леди Гаги: поп-дива вышла из-за кулис и продефилировала по подиуму в сторону своего гостевого места в зале.

«Наше тело — наша крепость», — хотел сказать Рик новой монументальной коллекцией, состоящей сплошь из вещей скульптурного кроя. Удивительным стало чуть ли не первое в истории марки использование декоративных пайеток. Однако запомнилось шоу золотыми и серебряными потрескавшимися масками на лицах моделей. В них девушки походили на скульптуры или актеров античного театра.

Джун Такахаши, создатель марки Undercover, пошел еще дальше и добавил в свой показ социальный контекст. Так, модели вышагивали по подиуму в жутких пластиковых масках как из кабинета пластического хирурга. Лица девушек были пережаты, словно им только что сделали ринопластику, изменили формы губ и скул. Учитывая, что большинство моделей одежды марки рассчитано на солидных женщин, подтекст был даже не двойственным, а тройственным. Как верно отметили Style.com, «казалось, юные девушки выдавали себя за зрелых женщин, которые только что сделали операцию, чтобы вернуть себе молодость».

Новая коллекция Фиби Файло для Сéline вызвала у критиков бурю восторга и положительных отзывов. Фиби осталась верна работе с новыми портновскими техниками (многие вещи были нарочито «недоделанными») и материалами (дырявая шерсть). При всём новаторстве дизайнер показала носибельную коллекцию, в очередной раз продемонстрировав, как выглядит современная женщина, чувствующая дух времени. Здесь и удобные слипоны, практичные сумки-шоперы и сумки через плечо, анималистичные принты и монохромные аксессуары, лаконичные платья и вечерние наряды в бельевом стиле, рубашки и юбки ниже колена, трикотажные платья и комбинезоны. Другой важный момент шоу — разнообразие макияжа. Каждой модели сделали индивидуальный макияж, который подходил к конкретному наряду. Тем самым Фиби показала, что к ее вещам может быть индивидуальный, а не универсальный подход.

Креативные директора Kenzo Кэрол Лим и Умберто Леон, работая над коллекцией, явно заранее предполагают, как кадры с показа будут смотреться в ленте Instagram. В прошлом сезоне шоу проходило в скейтерском парке, где были размещены огромные экраны с приветствиями на разных языках — в итоге на той неделе моды с показа Kenzo в сеть было выложено чуть ли не больше всего видео. В этом году они создали мобильные голографические декорации, которые двигались в течение всего шоу вместе с моделями. Конструкциями управляли по Wi-Fi.

Стержень коллекции составляли вещи для активного отдыха на природе и многослойность: анораки-пончо были скомбинированы с юбками миди и брюками прямого кроя, объемные куртки — с легкими платьями. Как говорят дизайнеры, если в руки их клиентке попадется одеяло, она легко сделает из него юбку или куртку. Внимания заслуживают кепки и шарфы, намотанные вокруг головы на арабский манер. Не обошлось без традиционных для Kenzo вещей с яркими принтами, а также носибельных и коммерческих вещей: легких плиссированных юбок и брючных костюмов.

Если месяц назад все обсуждали голых ниже пояса моделей на показе Рика Оуэнса, то после Недели моды в Париже — так называемые nipples moments на показах женских коллекций. Голая грудь сверкала на показе Jacquemus, Acne и Saint-Laurent, поставив вопрос о ее восприятии и праве ее обнажать публично. Lemaire показали объемные вещи, по большей части, скрывающие фигуру, но зато включили в коллекцию «tit bags» — сумки в виде женского бюста. Наиболее интересным в этом отношении стал показ Жакмюса. Он включил больше всех луков, обнажающих грудь. Впрочем, интересна его коллекция и с точки зрения дизайнерских идей. В новом сезоне он принялся за работу с концептуализмом, и, судя по ней, Maison Margiela взяли совсем не того креативного директора. Так, Жакмюс увлекся деформацией кроя, сюрреалистичными деталями на одежде. Ничего удивительного, так как у дизайнера есть опыт работы с COMME des GARÇONS. Модели вышагивали по подиуму босиком, их лица либо закрывали картонные маски, либо были закрашены чужими портретами. Отдельно стоит сказать про вырезы на одежде и силуэты вещей: они выглядели словно фигуры, вырезанные из картона ребенком. К сожалению, на видео с показа Jacquemus голой груди не видно: запись подверглась цензуре YouTube.